Эти дикари готовились основать свою варварскую цивилизацию среди звезд, для чего, по одной версии (искин Кандид), планировали истребить кланы эйджел как назойливых насекомых, по другой (Шевцов и остальные) – поставить их в равное с собой положение. Второе, пожалуй, было бы для гордых эйджел хуже самой смерти. А то как же – они, самые умные, совершенные, красивые и долгоживущие, будут на равных с дикими варварами, только что сменившими звериные шкуры на цивилизованные одежды? И самое плохое, что узнала матрона темных эйджел, было то, что корабль варварами не был ни похищен, ни найден, ни построен самостоятельно; нет – он был им ПОДАРЕН какой-то значительно более развитой цивилизацией, которой могли быть только Древние. Это значило, что вся цивилизация эйджел теперь больше не любимые дети своих дорогих Прародителей, и что в самое ближайшее время всему их народу предстоит расплатиться за разбитые скрижали и позабытые заповеди.
На какое-то время у матроны возникло сильное желание прекратить никчемное существование себя, других эйджел на этом корабле, и даже самого корабля. Ну зачем жить, когда знаешь о себе такие вещи? Но суицидальный порыву Зейнал был остановлен эмоциональным всплеском Лиут, которая сначала намеревалась до конца разобраться в происходящем; кроме того, остальные члены клана тоже не одобрили идеи массового самоубийства. А зачем? Ведь как долгоживущие существа, эйджел всячески избегали ранней смерти или даже таких рискованных положений, которые могли бы к ней привести. А Лиут, в отличие от матроны имевший постоянный доступ к психосканеру (он как бы являлся частью ее собственного мозга), гораздо лучше могла интерпретировать получаемую через него информацию.
В силу этого обстоятельства она сумел уловить эмоционально окрашенный отрывок мысли Шевцова и теперь знала то, чего не знали другие эйджел, в том числе и сама матрона. Любопытство, интерес, симпатия, сочувствие – но ни капельки злобы или ненависти. Темные эйджел игнорировали эмоции, предпочитая обращаться к логике, а светлые эйджел (Корабль была выращена как раз из эмбриона светлой), напротив, очень внимательно подходили к оценке эмоционального фона, и лишь потом призывали на помощь логические построения. А эмоциональный фон говорил, что если не будет серьезного сопротивления, то не будет и никаких репрессий, в первую очередь в отношении Лиут, которую считают лицом подчиненным и ни в чем не виновным. Именно поэтому Лиут, находящаяся с членами своего клана в постоянной ментальной связи, посылала в адрес матроны и других эйджел мягкие успокаивающие мысленные флюиды. Самое главное, чтобы никто не сотворил глупости, вроде подрыва конвертера или глобальной разгерметизации корабля.
Шло время, и преследующий клан эйджел корабль-Немезида становился все ближе и ближе. И вот настал момент, когда гравитационные поля чужака начали вносить свои коррективы в движение корабля эйджел, чуть заметно раскачивая его, будто на волнах. Корабль передал это ощущение матроне, и та поняла, что времени им осталось немного. Расстояние уменьшилось уже настолько, что психосканер четко передавал матроне и Кораблю ощущение жесткого и неотрывного внимания множества людей, направленного в сторону их корабля-клана. При этом частично парализованная успокаивающими флюидами матрона ожидала самого худшего в своей жизни, а Лиут – самого лучшего или почти самого лучшего. Ей казалось, что если расстояние сократится еще немного, то она почти свободно сможет окликнуть того, кто воспринял ее как жертву чуждых всем нормам экспериментов и поговорить с ним как одно разумное существо с другим. И самое главное, Лиут была почти уверена, что находящихся в трюме шестерых беременных на ранней стадии молодых эйджел не ждет печальная судьба… Точнее, то, что будет с ними самими, Лиут не знала, но в том, что эмбрионы, которые они носят, никогда не станут Кораблями, могла гарантировать точно. А этого ей было достаточно.
Это только кажется, что Корабли хотят быть только Кораблями, и больше никем иным. На самом деле глубоко внутри них сидят маленькие девочки и молоденькие девушки эйджел, которых ужасает вечный полет-скольжение в бескрайней ледяной тьме великого Космоса. Они хотят тепла, уюта, ярко горящего в очаге огня, ласк и добрых слов окружающих их близких и подруг. Ведь их никто и никогда не спрашивал, хотят они быть Кораблями или нет. И только иногда, между собой, Корабли плачут и стонут об утраченном счастье обычной жизни обычных эйджел, понимая, что оно для них недостижимо…
Капля симпатии, уловленная в мыслях чужого командующего, посеяла в душе Лиут сначала бурю сомнений, а потом и жажду перемен. Она сдаст Клан, который несет через бездонные просторы космоса, в руки чужаков и будь тогда что будет, лишь бы ОН еще раз подумал о ней как об испуганной маленькой девочке. А сейчас приготовиться – осталось совсем немного времени.
день 60-й, корабельное время 12:35, «Несокрушимый», рубка управления.
