Вдруг в окно залетела ещё одна сова, но гораздо больше и с рыжеватым окрасом.
— Почему все совы летят именно к нам! — истерично взвизгнула Панси, когда птица села на стол перед ней.
— Это я выписываю “Пророк”, — насупился Блейз и, аккуратно отвязав газету, бесцеремонно вышвырнул сову за окно.
На первом листе был большой снимок: мужчина лет сорока с перекошенным от ненависти усталым лицом, которое обрамляли очень грязные патлы волос. Вверху была жирная надпись:
СИРИУС БЛЭК НА СВОБОДЕ!
— Кто это? — поинтересовалась я, поворачивая к себе газету.
Дафна ахнула.
— Ты не слышала о Сириусе Блэке? — изумлённо спросила она. Я подняла на неё глаза. Дафна сильно побледнела, впрочем, не она одна. Блейз и Панси испуганно смотрели на человека, изображённого на газете. А Астория с Драко и вовсе сравнялись цветом с белой скатертью.
— Сириус Блэк — это самый опасный преступник в Азкабане. Он одним проклятием убил тринадцать человек. И ещё говорят, что он был приспешником Сами-Знаете-Кого, — в ужасе прошептала Панси.
Я краем глаза заметила, что Драко насупился.
В комнату буквально влетела миссис Малфой. Она выглядела не лучше сына.
— Драко, пойди пожалуйста сюда, — тихо сказала мать.
— Ты видела это?! — взволнованно спросил Драко, показывая матери газету. Та коротко кивнула.
— Что теперь...
— Молчи, — шикнула на него Нарцисса. — Пойдём, нам нужно серьёзно поговорить.
Когда Малфои ушли в другую комнату, я, Дафна, Блейз и Панси настороженно переглянулись.
— Бедный Драко... — приложив ладонь к губам, прошептала Дафна.
— Объясни мне, в чём дело, — потребовала я.
— Сириус Блэк — двоюродный брат Нарциссы Малфой. Он дядя Драко.
У меня немного закружилась голова.
— Подожди... получается, Сириус Блэк и твой дальний родственник? И... мой?
— Все чистокровные родственники находятся в дальнем родстве между собой, я же тебе рассказывала, — устало вздохнула Дафна.
У меня в глазах потемнело. Я попыталась себя убедить, что это ничего не значит, но осознание того, что мой родственник — убийца нещадно давило на мысли.
* * *
Прощание Малфоев со своим сыном было совсем не таким, как бывало в нашей семье. Мама, как я помню, всегда давала нам сэндвичи, долго обнимала, целовала, докучала нотациями и пробовала брать обещания с Фреда и Джорджа, что они будут весь год хорошо себя вести... Нарцисса Малфой была абсолютно другим человеком:
— Встретимся на Рождество, Драко. Прояви себя на нумерологии.
И всё. Никаких доставучих увещаний вроде “Будь осторожен”, “Передай привет от меня профессору Флитвику”, “Не прогуливай зельеварение”... просто вежливое, если не сказать холодное, прощание матери с сыном.
Дафна также всего лишь поцеловала маму и папу, даже не сказав слов прощания. А уже когда мы проходили в поезд, увидев моё слегка удивлённое лицо, она пояснила:
— Мне кажется, что твоя семья более эмоциональная. Ну, подумаешь, уезжаешь до Рождества, причём ещё письма будете друг другу писать, зачем все эти объятия и пылкие слова?
Я неопределённо пожала плечами. Не знаю, на чьей стороне я была сейчас.
Каникулы в Малфой-Мэноре мало изменили меня. Я не хотела себе признаваться, но дни были скучными и однообразными. Всё шло по одной схеме: завтрак — проведение времени с прибывшими в особняк слизеринцами — прогулки по саду Малфой-Мэнора — чтение книг, хранящихся в огромной библиотеке Люциуса Малфоя — ужин.
И так целый месяц.
— Подожди, куда ты? — от размышлений меня отвлёк голос Дафны. — Мы же договорились все встретиться в шестом купе...
— Мне сегодня писали Фред с Джорджем, я забыла тебе сказать. Они в первом. Ты иди, встретимся, когда выйдем из поезда, — кивнула ей я.
— О чём ты? — нахмурилась Дафна.
— Если ты о братьях, то прости, я не видела их месяц.
— Я имею в виду: ты думаешь, что я променяю твоё присутствие на компанию тупоголовых троллей? — рассмеялась слизеринка.
— Кого ты имеешь в виду? — оторопела я.
— Как, кого? Крэбба, Гойла, Милисенту, Панси, Гестию... — перечислила Дафна.
— Но ведь в Малфой-Мэноре ты нормально с ними общалась! — недоверчиво сказала я.
— Потому что была Тори, — непонятно сказала Гринграсс. — Пошли уже.
Я снова пожала плечами и вошла в первое купе. Сидевшие там близнецы улыбнулись мне совершенно одинаковыми улыбками.
— Джордж! Фред! — воскликнула я, и, уронив чемодан на ногу Дафне (та тихо ругнулась) бросилась на шею братьям. — Ой, прости!
— Ничего, — протянула та и вдруг смущённо сказала: — я, пожалуй, поищу тележку со сладостями, ужасно проголодалась.
* * *
После распределения и сытного ужина в Большом зале я поторопилась в спальную Слизерина. Почему-то из четырёх девочек, которые жили вместе со мной в одной комнате, была только Астория.
За это лето она слегка поправилась и перестала сплетать свои и без того невзрачные русые волосы в хвост, хотя по-прежнему слегка напоминала серую мышку.
— А где все? — удивлённо спросила я, садясь на кровать и расправляя одеяло.
