Мама явно не была в восторге от того, что в наш дом приехали Астория и Дафна. Я предупредила её заранее письмом, но она, (как я подозревала, из опаски того, что я всё-таки не приеду на Рождество) чуть помедлив с ответом, согласилась. С девочками он была вежлива, но слегка отстранена. Не то, что с друзьями Рона. Но меня, Асторию и Дафну это не волновало.
Единственное, что портило всю Рождественскую обстановку — то, что по причине нехватки мест в нашей маленькой «Норе» мне, Дафне и Астории пришлось ночевать вместе с Грейнджер. И всем четверым — в моей крохотной спальне на втором этаже, где с трудом влезают моя кровать, шкаф, стол и стул.
Как мой брат вообще общается с этой заучкой из Гриффиндора?
— Уже поздно, давайте спать, — недовольно посмотрела на Дафну Гермиона, совершенно не желая присоединяться к нашей битве подушками.
— Ну Герм... — неожиданно попросила повеселевшая Тори.
— То, что я ещё не пошла жаловаться миссис Уизли на то, что на двери вы поставили заглушающие чары, ещё ничего не значит, — пробурчала Гермиона, затыкая уши пальцами. — И не называй меня так!
— Ты нас сдашь, Грейнджер? — уточнила Дафна, на секунду поправляя волосы, которые почти встали дыбом.
Да, в общем, всё, кроме вредной Гермионы, было нормально. Разве что за столом на кухне мы умещались не всегда.
Утром в Рождество мы с Дафной спустились на кухню и вздохнули: вчера вечером приехали ещё и Чарли с Биллом, и мест присесть совершенно не было.
— Садитесь пока сюда, девочки, Чарли и Джордж уже почти доели свою порцию пирога, и сейчас выйдут из-за стола, — сказала мама, уже надев своё любимое красное платье, которое вынималось из шкафа только по праздникам.
Я села рядом с Биллом; брат тут же стал рассказывать последние новости магического мира.
— С этим Сириусом Блэком столько проблем. Только что рассказывал папе, как нас в банке заставляют принять повышенные меры безопасности.
— Что-то произошло с Гринготсом? — поинтересовалась я, накладывая на тарелку крабовый салат.
— Да, об этом в газетах не писали, гоблины держат под тайной, — вполголоса стал рассказывать Билл. — Они говорят, что из ячейки Сириуса Блэка пропала изрядная сумма золота.
Я нахмурилась. Похоже, преступник времени не теряет. Кто знает, может, он уже в сотнях миль от магической Британии? Средства есть, он мог просто изменить внешность и вылететь куда-нибудь в Австралию.
— Передай, пожалуйста, печенье, — услышала я в наступившей тишине робкий голосок Дафны. Я потянулась за блюдцем с бисквитом.
— Фред, поухаживай за дамой! — возмутилась Молли, посмотрев на близнеца, который сидел рядом с Дафной. — Вот ваш папа...
— Хорошо-хорошо, — Фред давно знал, что с мамой спорит — себе дороже. — Жаркое, мисс Гринграсс?
— А может, кусочек рождественской свининки? — тут же сориентировался Джордж. — Мадам, всё на ваш вкус!
Мама фыркнула, я не сдержала усмешки. Интересно, когда близнецы вырастут, они будут более серьёзными? Хотя это навряд ли.
— Ээ... да, пожалуй, — смущённо сказала покрасневшая Дафна. Что это с ней?
* * *
— Джинни!
Я обернулась. Через пару секунд в коридоре меня нагнали Фред и Джордж. Они лукаво улыбались, и эта улыбка мне не очень понравилась.
— Что вы опять задумали? — сразу спросила я. Близнецы только расхохотались.
— Всего лишь подарить чуть задержавшийся рождественский подарок.
— Вот оно что, — улыбнулась я, вспоминая, как в самый канун Рождества они куда-то пропали. — Ну, вручайте, если там нет ничего опасного...
Глаза Джорджа засияли, и он вытащил из мантии большой квадратный лист старого пергамента. — Держи.
Пергамент был совершенно чист, на нём не было ни единой строчки. Опять какая-то шутка в духе моих братьев? Похоже, нет. Фред смотрел на меня торжественно и одновременно серьёзно.
— Ммм... и что же это?
— Следующая вылазка в Хогсмид намечается уже в конце февраля, а мы не очень хотим, чтобы ты снова красила волосы в чёрный цвет, — туманно начал Фред. — Я думаю, что он будет тебе нужнее.
— И зачем мне нужен кусок старого пергамента? — недоумённо спросила я, вертя в руках подарок на Рождество.
— Ох, сестричка, ты, как всегда, так неучтива, — скорчил рожу Фред. — Объясни ей, Джордж.
— Когда мы учились на первом курсе, Джинни, мы тогда были совсем ещё зелёные, беззаботные и невинные...
— Ну-ну, — недоверчиво хмыкнула я.
— Во всяком случае, более невинные, чем сейчас. Ну так вот...
— Эээ, можете дальше не продолжать, я не уверена, что хочу знать продолжение этой истории, — шутливо замахала я руками.
— И вправду, — кивнул Фред. — Меньше знаешь, крепче спишь. Ладно, давай уже покажем тебе.
Брат достал волшебную палочку, слегка коснулся ею пергамента и произнёс:
— Торжественно клянусь, что замышляю шалость, и только шалость.
Тотчас на пергаменте, в том месте, которого коснулся Джордж, стали появляться тоненькие чернильные линии. Они соединялись, пересекались и расползались наподобие паутины. Я всмотрелась в слова, выведенные зелёными чернилами, и вслух прочитала:
— Господа Лунатик, Бродяга, Сохатый и Хвост...
— Они нам очень помогли, — вставил Фред.
