Мы с Дафной затаили дыхание, весело переглянувшись: да, начало турнира уже интригует!
Дамблдор вынул волшебную палочку и широко ей взмахнул; тотчас все свечи в зале, кроме тех, что горели в тыквах, погасли. Зал погрузился в полутьму. Кубок огня засиял ярче, искрящиеся синеватые языки пламени ослепительно били мне по глазам. Но взгляды все равно были прикованы к Кубку.
Я метнула взгляд на наручные часы, подаренные мамой на тринадцатилетие: осталось несколько секунд...
Кубок огня извергнул первый пергамент. Послышался взволнованный шёпот.
Дамблдор, протянув руку, подхватил пергамент, освещенный огнем, опять синевато-белым, и громко прочитал:
— «Чемпион Дурмстранга — Виктор Крам».
Зал содрогнулся от грохота аплодисментов и восторженных криков. Чемпион Дурмстранга неподалёку от нас поднялся с места и, ссутулив плечи, миновал профессорский стол и исчез в соседней комнате.
— Неужели это тот самый Виктор Крам, который ловец в сборной Болгарии? — поражённо спросила я у Дафны.
— Ты только сейчас узнала, что он уже как два месяца живёт рядом с Хогвартсом? — со смешком произнесла Дафна, не переставая хлопать.
— Браво, Виктор! Браво! — перекричал аплодисменты Каркаров, так что его услышал весь зал. — Я знал, в тебе есть дерзание!
Постепенно шум в зале стих, внимание всех опять приковано к Кубку. Пламя вновь покраснело, и Кубок выстрелил еще одним куском пергамента.
— «Чемпион Шармбатона — Флер Делакур!» — возвестил Дамблдор.
Девушка, которую мы сегодня видели рядом с кубком, так похожая на вейлу, легко вышла из-за стола Рейвенкло, откинула назад волну белокурых волос и летящей походкой прошла между столов Гриффиндора и Хаффлпафа.
Дафна ткнула меня в бок и показала на других шармбатонок, которые, спрятав лицо в ладони, горько плакали. Да, атмосфера у них в Шармбатоне явно нездоровая.
Флер Делакур удалилась в соседнюю комнату, зал опять утих. Но напряжение, казалось, осязаемое на ощупь, усилилось. Осталось только узнать чемпиона Хогвартса!
— Надеюсь, им будет слизеринец, — сказала я, никому в особенности не обращаясь.
На этот раз кубок долго не загорался красным сиянием. Я вжалась в скамью, замерев от предвкушения.
Дамблдор внезапно остановился, и все сразу поняли, почему.
Кубок огня вдруг покраснел. Посыпались искры. Я увидела, как из кубка вылетело... два пергамента.
Сначала я подумала, что мне это почудилось — как может вылететь два пергамента, если остался только один чемпион! — а потом поняла, что это была не галлюцинация. Весь зал недоумённо посмотрел на пергаменты, кто-то ахнул.
Дамблдор, не раздумывая, протянул руку и схватил два листка бумаги. Поднес к огню и воззрился на имена. Повисла длинная пауза. Дамблдор смотрел на пергамент, весь зал смотрел на него. Наконец он кашлянул и прочитал:
— Гарри Поттер и Дафна Гринграсс, выйдите, пожалуйста, сюда.
Моё сердце как будто сделало сальто. Но... как? Им же всего четырнадцать лет!
Непонятно зачем я повернулась на скамье, и в тот же миг увидела Фоссета, лицо и уши у которого были настолько красными, что на их фоне не было видно прыщей.
Дафна сидела, словно приросла к скамье. Парень из Дурмстранга рядом с ней тронул её за плечо.
— Иди. Тебя зовут, — сказал он ей. И только сейчас я увидела, насколько моя подруга бледна. Обернулась на Поттера — он тоже выглядел не менее шокированно.
Директор был нахмурен и необычайно серьёзен. Он снова позвал Гринграсс и Поттера.
Они шли, сопровождаемые взглядами абсолютно всех присутствующих в зале.
— Вы можете идти в свои гостиные, — вместо директора сказала Минерва МакГонагалл. — Поторопитесь.
Ученики стали вставать из-за своих столов, громко обсуждая произошедшее. Я же знала точно, что Дафна не могла кинуть своё имя в кубок. Во-первых, потому что я ей доверяю. Во-первых и в-последних.
Я снова обернулась на Фоссета. У меня стали оформляться смутные подозрения насчёт его красноты.
— Это ты кинул имя? — я быстро нагнала его, вперив взгляд в чёрные глаза, которые непонятно что изображали в тот момент.
— С чего бы это, — увернулся от меня Фоссет, но я снова повернулась к нему.
— А кто же ещё? Ты семикурсник, тебе исполнилось семнадцать, Дафна отомстила тебе, и довольно жестоко, почему бы тебе вдруг не похитить, скажем, её сочинение по Истории магии, вырезать имя, подписать школу и кинуть в кубок?
Я мгновенно вспомнила, как Дафна пару дней назад не могла найти своё сочинение, и всё это всплыло в моей памяти. Да, отомстил Фоссет, как настоящий слизеринец...
— Не лезь не в своё дело, малолетка, — прошипел он, приставляя ко мне палочку. Я выхватила свою.
— Что у вас здесь происходит, Уизли, Фоссет? — спросил из ниоткуда взявшийся Северус Снейп своим коронным леденящим голосом. Мы убрали палочки.
— Да так, хотел научить мисс Уизли одному простенькому заклинанию для третьего курса.
— Ну-ну. Идите спать, время позднее. Иначе я буду вынужден снять баллы... — произнёс декан и удалился. Я, ещё раз послав в сторону Давида взгляд, не суливший ничего хорошего, и прокралась к двери в Большом зале, из которой должна была выйти Дафна.
