Домик был построен вокруг ствола и покоился на деревянных распорках, которые удерживали небольшое строение с одной дверью и одним окошком. Мэрфи вошел и, оглядевшись, прикинул расположение. Если сравнить домик с циферблатом, то дверь и окно находились на шесть часов, на двенадцать, с другой стороны ствола находился шкаф, который подобно стрелке часов разгораживал спальную зону надвое, создавая так необходимую приватность. Кровати находились соответственно на три и девять часов. Напротив окна стоял стол, под ним располагался единственный табурет. На кроватях лежали скатанные матрасы, а на той, что стояла на «три часа», лежали рюкзак и сумка, по всей видимости, это были вещи Кристи. Мэрфи скинул свой рюкзак на вторую кровать и подошел к шкафу. Одна дверка у него открывалась на его сторону, вторая - на сторону Кристи. Таким образом, у каждого жильца было свое место для личных вещей.
Мэрфи быстро закинул в шкаф свои вещи, предметы личной гигиены, сменную обувь и жестяную коробку с медикаментами. Так, на всякий случай там лежало несколько упаковок с подавителями. Мэрфи специально купил их с запасом, чтобы больше не думать на эту тему. Он и не подозревал, что вчера из-за этих самых таблеток свекор имел непростой разговор с Кэлумом. Мэрфи вообще не знал, что друг вчера навещал их дом.
- Я пришел поговорить именно с вами, Манро, - Кэлум, отодвинув чашку с недопитым чаем, с грустью посмотрел на замершего хозяина дома. - Мы с вами оба любим Мэрфи и желаем ему самого лучшего, поэтому пришло время поговорить о его будущем.
- Я уже говорил Мэрфи, что ему не стоит хоронить себя, что надо жить дальше, но он и слушать меня не хочет, - Манро смотрел в сторону и кусал губы. - Я все понимаю умом, но сердце…
- Он уже восемь лет живет один, - Кэлум пересел ближе и постарался поймать ускользающий взгляд старшего омеги. - Наш Мэрфи очень упрямый и очень любил мужа. Я видел, как он светился счастьем, когда они были вместе. И пусть Логан не был его истинной парой, но он был самым любимым мужем. Доказательством тому восьмилетнее воздержание Мэрфи. Но вы ведь курсе, что в клане есть истинный альфа для него. Если бы Логан был жив, то подобный разговор никогда бы не состоялся, - Кэлум задумался, прислушиваясь к чему-то внутри себя. - Хотя и сейчас мне кажется, что он на грани фола. И я даже не знаю, как подобрать правильные слова, но будущее Мэрфи мне не безразлично. Я хочу увидеть его счастливым, а для этого ему надо отпустить свое прошлое. И вот для этого-то мне и нужна ваша помощь…
- Ты хочешь, чтобы я выставил его из дома, и он стал жить один? - Манро вскинул голову и с угрозой посмотрел на гостя. - Но он все равно останется частью моей семьи, и он и внук.
- Я не собираюсь отбирать у вас Мэрфи и Берда, - Кэлум грустно улыбнулся. - Просто представьте, что Мэрфи не зять, а ваш сын. Примите его в своем сердце, как своего ребенка, и все сразу станет на свои места. И позвольте ему найти новое счастье. Он никогда не забудет Логана, и если он решится на отношения еще раз, это не значит, что он изменяет мужу. Просто представьте, что Мэрфи ваш родной сын, ведь вы хотели бы счастья своему ребенку? Или предпочли, чтобы он и дальше жил с болью в сердце?
- Кэлум, - Манро расплакался. - Ты не понимаешь, что говоришь и о чем просишь… Я искренне люблю Мэрфи. Когда я вижу его в своем доме, то мне до сих пор кажется, что мой первенец жив. Просто он на вахте вместе со своими братьями, а когда младшие сыновья приезжают в отпуск, я в каждом из них вижу своего Логана.
- Манро, - Кэлум сел ближе и погладил омегу по плечу, пытаясь утешить. - Я все понимаю. Когда я увидел пепел Логана, то оплакал его, как родного брата. - По щеке Кэлума потекла слеза, и он неловко смахнул ее рукой. - Но, Манро, надо принять правду и перестать жить в иллюзиях. Увы, Логан мертв и ничто этого не изменит. А Мэрфи живой, и ему не надо хоронить себя ради воспоминаний. Примите его, как своего сына и пожелайте ему новой любви. Ведь он все равно останется частью вашей семьи. Или за вашим столом в праздник не найдется места для нового мужа своего сына-омеги? Берд навсегда останется вашим внуком, даже если рядом с ним появится альфа, которого он примет, не как отца, но возможно, как друга. Логан его отец и навсегда останется им, этого не отнять и не изменить, но другой альфа может стать ему опорой и помощником.
- Кэлум, - Манро расплакался, уже не стесняясь своих слез. Наследник клана не торопил его с ответом, дал ему платок и налил воды, когда слезы пошли на убыль. - Кэлум, прости мне мой эгоизм, ты, как всегда, прав. Мэрфи уже давно мне как родной ребенок, и я хочу видеть его счастливым. - Манро высморкался и смог взять себя в руки. Он с интересом посмотрел на гостя и наконец, спросил. - Ты говорил, что тебе нужна моя помощь? Что ты хочешь, чтобы я сделал?