— То есть ходить в штанах и длиной рубахе неприлично? — поинтересовалась я у своего отражения. — А в таком платье можно.
Ко всем прелестям моего наряда добавилась открытая чуть ли не до талии спина. Как эта конструкция ещё держалась на плечах и не развалилась, было для меня загадкой. Юбка из тончайшей ткани в несколько слоёв была изумительна, но только если бы я в гареме обслуживала султана. Интересно, кто подогнал отцу идею нарядить меня в это? Уж не моя ли мачеха Элоиза, жаждущая породниться с самим герцогом? Или это она платье и выбирала, чтоб уж наверняка добить старого осла жениха.
— Ой, — едва вымолвила Жаклин, оглядывая меня испуганными глазами, — линая Лионария, вы почти голенькая.
— Похоже, меня решили упаковать в коробку и отправить прямо к герцогу в постель, — пробормотала я.
— Давайте я его испорчу, линая, а вы наденете другое, — предложила служанка. — Пусть уж лучше отругают меня, чем так опозорят вас.
Я мстительно улыбнулась.
— Нет, Жаклин, я пойду именно в том, что мне принесли. Что-то мне подсказывает, что отец не в курсе, насколько я красивая.
Я поправила свои рыжие кудри, уложенные в замысловатую причёску. «Может, герцога хватит удар?» — с надеждой подумала я.
****
Если кого и хватил удар, так это отца. К назначенному времени я медленно вплыла в зал, где собрались многочисленные гости по случаю моей помолвки. Стоило мне появиться, как воцарилась звенящая тишина. Я обвела гостей торжествующим взглядом. Герцог, надо сказать, никак не отреагировал.
Никогда не думала, что мой отец умеет так быстро бегать. Схватив за руку, он потащил меня по коридору и втолкнул в первую попавшуюся дверь.
— Что это значит, Лионария! Ты сошла с ума? Я же тебя просил!
— Па! — возмущённо воскликнула я, вырывая руку. — То ты приказываешь надеть это платье, то сам голосишь, как ненормальный.
— Я приказал?! — вытаращился барон, хватая воздух ртом. — Я? Да я бы такое бесстыдство никогда не позволил тебе надеть!
— Ещё скажи, что это не ты распорядился, чтобы Жаклин вылила бутылку ароматических масел в ванну. Я едва не задохнулась. Вот понюхай, чем я теперь воняю, — я сунула ладошку отцу под нос.
— Не воняешь, а пахнешь, — отчего-то сразу успокоился отец. — Благоухающая женщина всегда возбуждает желание.
— Конечно, теперь, когда я напоминаю клумбу в жаркий день, я возбуждаю желание вдвойне. А уж платье вообще выше всяких похвал! Па, скажи честно, ты решил вручить меня герцогу, не дожидаясь свадьбы?
— Прекрати болтать, Лионария. Просто твоя мачеха слегка переусердствовала. Я предложил ей выбрать для тебя такой наряд, чтобы герцог Бубун не устоял.
— Он упал? — с надеждой поинтересовалась я.
— Скажу тебе по секрету, дорогая дочь, что герцог — очень выгодный муж.
— Это почему же? — насторожилась я.
— У него тот глаз, что косит, почти не видит, — шёпотом доложил родитель.
— И что здесь выгодного? — отшатнулась я. Чем дальше, тем привлекательнее становился мой будущий супруг. Не удивлюсь, если выяснится, что правая нога, на которую он прихрамывает, ненастоящая.
— Ну, например, он не успел увидеть тебя в этом платье.
— Спасибо, па! — изобразила я ставший недавно модным реверанс. — Именно о таком Бубуне твоя дочь всегда мечтала.
— Хватит паясничать, Лионария. Тебе, что ни предложи, всё не нравится. Иди, переоденься и возвращайся скорей. Твой будущий супруг жаждет познакомиться с тобой поближе. Он очень обходительный мужчина. Думаю, дочь, ты будешь с ним счастлива.
— Будешь счастлива с Бубуном, — передразнила я отца, возвращаясь в свою комнату. — Обходительный мужчина, которого сразу, как увидишь, хочется обойти. И желательно подальше.
«Как можно быть счастливой, если с тобой рядом спит старый стручок?» Я представила, как это нечто будет шарить руками по моему телу, и меня передёрнуло от отвращения. И стоило беречь себя для того, единственного? Не сказать, конечно, что я особо усердствовала в вопросах оберегания своей чести, но дальше положенного не заходила.
Хорошо, что Жаклин ещё не ушла, разбирая платья в моём гардеробе.
— Что-то случилось? — испуганно округлила она глаза, стоило мне вернуться в комнату. — Герцогу не понравилось платье?
— Герцог его, к сожалению, не увидел. Я думала, что его хватит удар, но просчиталась. Он оказался слепым на нужный глаз.
— Какой кошмар, — Жаклин прикрыла ладошкой рот. — И что же теперь делать?
— А ничего. Барон велел переодеться, — вздохнула я, лихорадочно соображая, что мне делать. У меня было полчаса. Потом отец пошлёт за мной кого-нибудь. «А если, — мысль вспыхнула в голове, подобно молнии, — сбежать? Наверняка бабуля сможет мне помочь. Не может быть, чтобы она ничего не придумала. Главное, до неё добраться».
— Какое платье вам подать, линая Лионария? — поинтересовалась Жаклин.
— Никакое! — отрезала я, и служанка в недоумении вытаращилась на меня. — Давай сюда мои штаны и рубашку.
— Но я отнесла их в стирку, — пролепетала Жаклин.
— Ну так верни!
