– Я не могу отвергнуть такое грандиозное предложение. Практически никто не получает подобный шанс в столь раннем возрасте. И я так сильно люблю свою работу – ну как тут можно отказаться? – я сердито жевала свой мясной пирог. – А что касается того, насколько реже мы с тобой будем видеться, так мы к этому уже привыкли, разве нет? У нас всегда так было. Ну, то есть, было раньше, когда ты чаще бывал в отъезде, чем дома, –
многозначительно сказала я.
– Но сейчас-то я дома, между прочим, – сказал Саймон в ответ, столь же многозначительно.
Мне хотелось закричать:
Наглядный тому пример: он буквально полчаса назад доставил мне множественные оргазмы, и я реально наслаждалась его внешним видом в поясе для инструментов.
В общем, я обо всём этом умолчала. Но пошла дальше и продолжила разговор о других волнующих меня темах.
– Плюс я стану зарабатывать баснословно много денег.
– У нас с тобой итак сколько угодно…
– У тебя. У тебя много денег, но не у меня. Есть разница, – я указала на него вилкой. –
Кстати об этом: мы должны обсудить купленную тобой машину не в тот момент, когда твоя рука у меня в трусиках.
– А что не так с машиной? Она тебе не понравилась? – спросил он, на полном серьёзе не понимая моего недовольства.
– Я сразу в неё влюбилась. Разве могло быть иначе? Но ты не можете просто взять и купить мне машину.
– Вроде бы, я именно это и сделал.
– Я знаю, и это невероятно мило с твоей стороны. И мне невероятно лестна такая забота.
Но важнее тот факт, что это невероятно дорого и совершенно ни к чему, – сказала я,
вставая, чтобы выбросить остатки мясного пирога.
– Кэролайн, да ладно тебе. Ты обожала водить машину Джиллиан. И не говори мне, что это не так.
– Речь не о моей любви к вождению машины, Саймон. Речь идет о том, что ТЫ купил
МНЕ машину.
– Проклятье, хотел бы я быть снаружи, когда ты подъехала. У меня всё было спланировано, и я предполагал, что если ты…
– Саймон, совершенно новый автомобиль стоит на подъездной дорожке нашего дома с огромным красным бантом на нём! Так что я догадываюсь, какой у тебя был план. И это невероятно мило, но просто слишком уж чересчур! – я села обратно на свой стул, в полной растерянности. Не перегибаю ли я палку?
– Не понимаю, – вздохнул Саймон и встал, чтобы выбросить свой остаток ужина в мусорное ведро. Когда он развернулся ко мне, я увидела замешательство в его глазах. –
Когда мне было тринадцать лет, отец купил маме новую машину. Однажды она вернулась домой из продуктового магазина, и та-дам: увидела автомобиль. Красный бант и всё такое.
Но она сказала то же самое, что говоришь ты сейчас. Это слишком, ты не должен был и бла-бла-бал. Мой отец просто поцеловал её, вручил ей ключи, и сказал: "Давай покатаемся». И на этом всё – она сразу сдалась, – Саймон прислонился к козлам для лесоматериалов и запустил руки в волосы. – А знаешь почему? Просто она знала, сколько это значит для него. Всё, что он делал, было только ради того, чтобы сделать её счастливой, – его голос дрогнул, отчего прозвучал слегка грубо и прерывисто. В таких любимых мной голубых глазах готовы были выступить слёзы. Я заметила, как Саймонон сжимает челюсть. Он откашлялся. Дважды. Потом с трудом сглотнул.
Вот дерьмо.
– Можешь оставить машину, можешь вернуть её – без разницы. Я просто хотел сделать для тебя что-то приятное, потому что могу, – его голос снова сорвался, и я больше не смогла это выносить. В одно мгновение я оказалась рядом с ним, прячась в его объятиях.
Сильные руки крепко обняли меня в ответ. Так мы удерживали друг друга какое-то время.
Вскоре я почувствовала, что Саймон уже не сорвётся. Милый мой мальчик.
Что, чёрт возьми, со мной не так? Умудрилась вступить в перепалку с самым любимым человеком на всей планете.
Я слегка отстранилась из объятий, лишь для того, чтобы поместить руки по обе стороны от его лица. Затем поцеловала Саймона в одну щеку, во вторую, потом в каждое веко. Мои губы порхали по его лицу, оставляя лёгкие поцелуи. Где-то глубоко внутри мне было неловко от всей этой ситуации, но ему я позволила увидеть только свою улыбку.
Отпустив Саймона, я вышла в коридор и стала натягивать свою куртку.
– Ты уходишь? – спросил он.
– Да, и ты тоже, – ответила я, протягивая ему пальто. – Давай покатаемся.
Нет ничего прекраснее ухмылки моего Долбёжника. Она покоряет меня каждый раз.
Уже перед отходом я услышала предательский скрип открывающегося окна. Саймон мгновенно сорвался с места в столовую и схватил Клайва, который уже был на полпути на улицу, снова свесившись из окна с ржавыми петлями. Я осмотрела Клайва, а затем захлопнула и заперла окно.
– Я оставлю машину, но ты должен починить это чёртово окно, – сказала я, тыкая в