Он развернул ее к себе и вдруг расстегну две пуговицы на блузке. Растрепал безупречную прическу, вытащив пару локонов. Присмотрелся, словно оценивая.
Он что, хочет сделать вид, что они все это время?.. О!.. Теперь, когда она поняла, в чем дело, щеки вспыхнули.
– Отлично! – сказал вдруг ее босс. – Вы уже покраснели… – Он снова окинул ее оценивающим взглядом, словно художник картину. – Но, пожалуй, пока недостаточно…
И вдруг поцеловал ее в губы, прижимая к себе. Властно, уверенно, жарко.
Марианна не знала, что делать. Она не смогла ни ответить на поцелуй ни оттолкнуть мужчину, совершенно оцепенела.
– Вот, так уже лучше… – сказал босс, выпустив ее из объятий.
Ну конечно лучше. Теперь ее щеки просто пылали. И все же она не могла не заметить, что теперь он смотрит на нее каким-то другим, потемневшим взглядом. А у нее от этого взгляда сбивается дыхание и ноги подкашиваются…
Он наклонился к ней и прошептал на ухо, обжигая нежную кожу дыханием:
– И зовите меня просто Алекс. Не нужно этих формальностей.
– Долго она что-то, – нахмурилась Лиза, поглядев на часы.
Анжелина тоже хмурилась. Она не знала, что происходит, но нутром чувствовала: что-то пошло не по плану.
Дверь открылась, и вошла Марианнна. Всё такая же опрятная, как ранним утром – только без помады и со слегка растрёпанными волосами. Подумать о ней в этот момент можно было что угодно. Но никому бы точно не пришло в голову предполагать, что она пережила что-то неприятное или стыдное: по лицу девушки блуждала тень беззаботной, блаженной улыбки.
Под напряжёнными взглядами Анжелины и Лизы Марианнна прошла к свободному креслу, расположилась в нём и откинулась на спинку.
– Это лучший день в моей жизни, – улыбнулась она. А потом подняла голову и посмотрела на Анжелину: – Спасибо тебе большое. Ты не представляешь, насколько ты сегодня мне помогла.
Женщина растерялась – наверное, первый раз за много месяцев или даже лет. Она впала в ступор и не смогла это скрыть. Недоумение, обида и злоба сменяли друг друга на её лице, Марианнна улыбнулась опять. Она расслабленно закинула ногу на ногу и задумчиво провела пальцем по губам, как будто нащупывала какой-то невидимый, одной ей известный след.
– А ещё у меня для вас новость, – добавила девушка.
От напряжения, которое охватило Анжелину и Лизу, казалось, вот-вот треснут стёкла в окнах.
– Он не гей, – сказала Марианнна.
Наступило молчание. И сколько в точности оно продлилось, никто бы не смог сказать – не раздавалось вообще никаких звуков, как будто весь мир застыл.
И только потом до Анжелины всё дошло. А следом – и до Лизы. Но никто из них не успел ничего сказать. Узнаваемо, решительно повернулась дверная ручка, и заглянул мистер Уилкинсон – безупречный, властный, с ещё более ярким огоньком в зелёных глазах, чем обычно.
– Марианнна, завтра жду тебя в приемной, – сказал он ровным, непривычно мягким голосом. – Пожалуйста, больше не опаздывай.
Девушка повернула голову, не вставая, и ответила с ласковой улыбкой:
– Конечно, Алекс… Я тебя не подведу.
Мистер Уилкинсон кивнул и скрылся за дверью. Марианнна медленно поднялась с кресла.
– Вы теперь на ты, что ли? – запоздало спросила Лиза.
Девушка перед самой дверью оглянулась, но ничего не сказала. Анжелина смотрела ей вслед даже после того, как она скрылась за дверью. И кто бы узнал в этой похорошевшей, обворожительной и по-своему властной девушке ту, которая влетела, спеша, сегодня утром?..
Зачем это все было нужно боссу? Эта мысль все время крутилась в голове у Марианнны. Он хотел, чтобы о них пошли сплетни? Или таким образом пытался отделаться от навязчивых поклонниц? Не проще ли было их всех уволить?
Ответа она не находила. И ничего не менялось. Время от времени он запирался с ней в офисе и они… пили кофе и говорили. Обо всем. Она рассказывала о своем детстве, он ей – о том, как всего добился.
Теперь она уже ждала этих встреч – таких неподдельно интимных. Но больше всего она ждала их завершения. Когда он расстегнет верхние пуговки блузки растреплет волосы и – обязательный финал этого странного ритуала – поцелует ее в губы, так что сердце будет готово выскочить из груди.
И сегодня как и обычно… С одной лишь разницей – уже поздно. И почти все сотрудники офиса, включая Анжелину с Лизой, ушли.
Марианнна отставила чашку и вопросительно посмотрела на Алекса. Тот приблизился, расстегнул пуговки и потянулся губами к ее губам. И она сделала то, чего не собиралась делать и никогда бы не решилась. Словно кто-то ее подтолкнул… Какой-то неясный, внутренний порыв. Она положила ладонь на его затылок и ответила на этот поцелуй.
Марианнна не успела опомниться, не успела ничего толком подумать. Ухоженные, длинные, ловкие пальцы Алекса оказались на её блузке и принялись за пуговицы. С такой скоростью она даже сама не умела их расстёгивать. Пара мгновений – и блузка распахнулась, обнажая её живот, плечи и упругую грудь, прикрытую светло-бежевым лифчиком.
