С бухты-барахты! полностью

Ворчала я часто, но больше все-таки смеялась и получала искреннее удовольствие от общения с детьми. Хандра и тоска по своим детям отошли на второй план, хоть и наступила осенняя пора.

Мы много гуляли.

Так как дети сестры уже познали тяготы шефства над младшим братьями и сёстрами, меня они приняли спокойно и всячески заботились. Это было приятно.

Мы гуляли. Мы много гуляли. Наш старый пёс отнёсся очень лояльно к их лабрадору. Тот пытался растрясти нашего старика на догонялки, валяние в листве или купание в грязи. И часто это заканчивалось головомойкой для обоих.

Адаптация притирания с родственниками закончилась. Мы все были абсолютно счастливы.

Я часто видела женщину улыбающейся. Она сидела с сестрой на кухне, попивала кофеек и смотрела на нас, резвящихся в саду.

Сестра её была женщиной боевой, она пристыдила мужчину тем, какой измученной выглядит её сестра.

Вот так и повелось: уже неделю мы проводили все тёплые осенние деньки на прогулке с мужчинами или одним из мужчин, а женщины весело щебетали на кухне.

***

Родственники прожили у нас уже месяц.

Ночи стали холодными. Мужчина с веранды перебрался под «крылышко» женщины.

Еще две недели и вся эта шумная компания покинет нас.

Сестра жаловалась женщине, что ремонт их дома затянулся. Но сейчас они установили рабочим сроки и те сказали, что сдадут все в срок.

«Я, если честно, немного загрустила.

       Сегодня на прогулке я видела своих детей. Почему я говорю об этом спокойно?! Да, я спокойна. Они были веселы, хорошо одеты, моя мама о них заботится. Саша сидела у моего папы на руках, пока мама качала Рому. Оба подросли. Жду не дождусь, когда я смогу их обнять». 

На площадке я не удержалась и подошла к ним. Старшая сестра дала мне руку, так мы и стояли, смотря на моих детей.

Моя мама спросила: «Девочки, покачаться хотите?»

– Было бы неплохо, – ответила двоюродная сестра.

Она усадила меня на качели, заблокировав путь к падению села рядом и начала раскачиваться, а я смотрела вслед своим детям, которых мама уводила с площадки.

***

Я начала говорить. Первое, что я достаточно чётко и громко произнесла, было слово «дети».

Женщина очень обрадовалась, а двоюродные братья и сестры запрыгали вокруг меня. Потом трехлетка подошла ко мне и произнесла: «Скази «козяфка»».

Женщина запротестовала, а дети начали визжать, спорить и кривляться:

– Неее, лучше «какашка», «сопли»…

Я смотрела на них и улыбалась.

Детям надоело скакать вокруг меня, они стали скакать около холодильника, перетянув внимание взрослых на себя.

– Скоро будем кушать, не хватайте банан.

– Оставь в покое кусок пирога, – воскликнула сестра женщины – ну кто теперь его надкушенный будет есть?! Зачем ты набил целый рот?

Я смотрела на них, улыбаясь.

«Дети».

***

В предпоследний день перед отъездом наших шумных родственников мы заехали в кафе поесть пиццу.

За столиком у окна сидели мои родители с моими детьми. Рома что-то раскрашивал цветными карандашами, а мама кормила Сашу.

Я подошла и встала около их столика. Моя мама заметила меня, улыбнулась и сказала:

– А кто это к нам подошёл? Недавняя знакомая, да?

Двоюродная сестра стала оттаскивать меня от их столика, я упиралась и брыкалась.

Подошла женщина, взяла меня на руки и усадила в стульчик. Поорав, я успокоилась и уставилась на мою прежнюю семью.

Я не помню, как мы вернулись домой. Вообще ничего не помню, что было до следующего утра…

***

Утром мы пошли гулять. Я была весела, шла за ручку с двоюродной сестрой.

У детей короткая память: то, что огорчало вчера, сегодня уже и не вспомнится.

День был погожий и мы «оторвались». Точнее дети постарше развлекались, а я сидела на пледе под деревом и мысленно участвовала во всех их шумно-веселый играх.

– Осень в этом году какая-то особенная. Такие листья красивые. Такой воздух тёплый и ароматный. Да, пёсик? – рассуждала я вслух, теребя ухо нашего пса.

– Хех, чего ты там агукаешь, смотри как папа словит мяч, – крикнул мне мужчина, когда мяч, пущенный мужем сестры со всей дури, угодил ему по затылку.

«Дооборачивался ко мне», – хихикнула я.

Минуту спустя, вставая на ноги:

– Череп у меня крепкий, не переживайте, все в порядке. Только посижу рядом с дочуркой.

«И даже это не портит мне настроение». 

А вечером мы прощались с родственниками. В дверь позвонил мужчина (таксист) и все двенадцать чемоданов в скором времени «испарились».

Остался резкий запах духов. В ушах все ещё звенел звонкий детский смех.

– Как же все-таки было хорошо, – вздохнула женщина.

– Угу.

***

Пытаюсь забираться на диван. Закидываю ногу и пытаюсь подтянуться на руках. Иногда получается. Уже очень уверенно хожу. Настолько уверенно, что решила своим маленьким мозгом прогуляться одна.

Всё утро, пока женщина готовит обед, я сижу в прихожей и пытаюсь одеться.