— Извини меня за все мои слова, в тот момент мне казалось, что всё навалилось на меня. Что всё вокруг давит, пытаясь подавить меня. Я не знаю, как всё это разгрести. В тот момент мне казалось, что даже ты меня не понимаешь и от этого стало ещё хуже, — тяжело вздыхаю, она смотрит на меня сочувствующим и понимающим взглядом. — Раньше я была такой живой. Мне нравилось, все, что происходило вокруг меня, я радовалась каждой мелочи, но всё это прошло. Мне нужно справиться с этим, понимаешь? — говорю я ей тихо, чтобы никто не слышал. Мэди кивает головой. — Мне нужно взять себя в руки. Я так расклеилась за последнее время, что не знаю как собрать себя обратно и стать прежней Лиз, которая не ноет постоянно, не жалеет себя, а просто живёт. Вот такой я снова хочу быть и без твоей помощи я не справлюсь, — беру её за руку. — Мне жаль, что я накричала на тебя и наговорила лишнего. Прости.
Мэди поднимается, и я повторяю за ней, встаю со своего места. Она ничего не говорит, просто обнимает меня, крепко прижимая к себе. Нам больше ничего не надо было говорить. Мы обе поняли эмоции друг друга, и мы простили друг друга за любые обидные слова, которые ненароком прозвучали несколько часов назад. Смотрю на ребят — они широко улыбаются, знаю, что сейчас они спокойны за нашу дружбу.
Весь вечер Мэди помогала мне просматривать отснятые фотографии. Она периодически восхищённо вскрикивала и бормотала о том, какие они классные. Своими эмоциями она заставила парней оторваться от своих занятий и подойти к нам. Как только они увидели снимки, то эффект был такой же. Оставшийся вечер они донимали меня тем, что заставили показать весь отснятый мной материал и признаюсь честно, я выдохнула с облегчением, когда они хвалили мои работы. Всегда важно знать, что хорошо выполняешь свою работу.
Когда мы все наконец-то разошлись по своим кроватям, я долго лежала и ворочалась, потому что никак не могла уснуть. День был слишком эмоциональным. В основном в голове я прокручивала наш разговор с Кендаллом. Может он прав и мне стоит довериться им как раньше? Но меня постоянно что-то удерживает.
Тяжело вздыхаю и прикрываю глаза.
— Не спиться? — раздаётся голос Логана с соседней кровати.
— Извини, — отзываюсь я и поворачиваюсь на бок к нему лицом. Вижу, что он внимательно смотрит на меня. — Я знаю, что мешаю тем, что постоянно ворочаюсь, но никак не могу уснуть.
— Не извиняйся. Я всё понимаю. Просто сегодня у тебя был слишком эмоциональный день. Ты вообще как себя чувствуешь? — интересуется Логан в связи со вчерашними событиями, когда я потеряла сознание.
— Хорошо. Спасибо за заботу.
— Не благодари, мне нравится заботиться о тебе, — отвечает он ласково, а у меня перехватывает дыхание от его слов. Как же здорово было это услышать. — Я рад, что вы с Мэди помирились, — говорит он, переключая тему из-за нашего неловкого молчания, — а то она очень переживала из-за вашей ссоры, да и ты была очень расстроенной.
— Я тоже рада, что мы разобрались, потому что мне очень нужна её поддержка.
— Я понимаю. Знаешь хорошо, что хотя бы с кем-то здесь ты можешь поговорить откровенно, я очень рад, что у тебя есть такой человек, — говорит он с лёгкой грустью.
Я не могу оторвать свой взгляд от него и смотрю в его глаза. Почему-то мне кажется, что его что-то беспокоит, но не пойму что. Удивительно как Логан всегда всё понимал и чувствовал меня как никто другой. Раньше с ним я могла поговорить обо всём и довериться беспрекословно. Как же мне этого не хватает.
— Знаешь, — шепчет он тихо, — мне не хватает нашего с тобой общения. Лиз с тобой всегда было очень просто разговаривать на любые темы, — Логан как будто прочитал мои мысли. Раньше у нас с ним часто такое бывало. И сейчас после всего было неожиданно услышать это.
— И мне этого не хватает, — отзываюсь я также тихо. Мне кажется, он улыбается, но я не уверена.
— Лиз я хотел сказать тебе: ты не должна ненавидеть себя. Ты должна простить себя за то, что сделала тогда, — просит он меня.
— Я давно простил тебя, как только ушёл с той скамейки, — голос Логана очень печальный и я знаю, что он снова оказался в том, дне, также как и я сейчас. — Теперь ты должна это сделать. Ты самая добрая на свете. И ты самая лучшая, я убедился в этом уже очень давно. Я не знаю, по какой причине ты бросила меня тогда, но я знаю, что ты любила меня и я сделаю всё, чтобы ты призналась мне в том, что чувствуешь ко мне, — говорит он настойчиво, а я замираю. Неужели он скажет мне эти слова? «Не делай этого» — мысленно кричу я. — Лиз, — он произносит моё имя так сладко, что внутри у меня всё сжимается, — я скажу тебе эти слова тогда, когда пойму что ты готова вернуться ко мне, — заявляет Логан уверенно. Что он говорит? Я не верю своим ушам. Неужели он любит меня? — Я хочу, чтобы ты всегда помнила об этом.
Я ничего не могу сказать, потому что просто пропали слова. И я плачу. Тихо, чтобы он ничего не понял.
— Боюсь, тебе придётся долго ждать, — выдавливаю из себя слова. Он усмехается.
— Я терпеливый и упрямый, — не отступает он. — Да ты и сама это знаешь.
— Знаю.
