Я перекатился к Урмасу, двинул его ногой в бороду и, выцарапав «вальтер» из ботинка, не вставая направил его в сторону остальных молодцов. Они как раз стали разворачиваться…
Донесся второй выстрел, и вскинувший было свою винтовку крайний справа мужик ничком ткнулся в землю.
Пистолетик несильно дернулся в руке, и еще один с маленькой дырочкой во лбу опрокинулся навзничь, третий успел дать очередь в мою сторону и резво нырнул в кусты, но, словив сразу три пульки из «вальтера», завершил полет в тех же кустах, но бездыханным или серьезно подраненным… Не знаю пока…
Быстро проверил Урмаса, двинул его еще раз по голове, а затем, перевернув мордой в землю, спутал руки. Промчался по поляне и добил пускающего кровавые пузыри прыгуна. Безнадежный был – одна пуля пробила ему горло, развалив кадык, остальные попали куда-то в бок. Да и не полевой я хирург ни разу, поэтому извини, парень. Все там будем.
Стянул все оружие в кучу и замахал Катарине, дав команду выдвигаться ко мне. Как бы пока и все. М-да… четыре трупа и «язык». Отличный результат. Не потерял еще квалификацию.
Потом, поймав легкий отходняк, присел на камень и продышался, стараясь унять бешено бившееся сердце… Черт, тренироваться еще и тренироваться.
И тут до меня наконец стала доходить информация, полученная от эстонца. Это получается… получается… нас мало того что закинуло на другую планету, так еще и здорово подвинув во времени? Не-ет… я такое не хочу понимать! И Земли НЕТ? Советского Союза НЕТ? Родины НЕТ? Как же так?!
Сдернул флягу с пояса эстонца и хорошенько приложился, а потом потянул к себе его винтовку… Надо немного отвлечься, а то свихнусь в одночасье.
Разобрался как и отщелкнул магазин. Солидный патрон, правда поменьше нашего винтовочного и без ранта… Так, что там на нем? 7,62 51… это как раз и понятно. FMJ – это что за хрень… и русскими буковками МПЗ… Московский патронный завод? Минский? Малаховский? Хрен его знает… А вот это, скорей всего, номер серии и как раз последние цифры обозначают в нем год. Пятидесятый? Здесь пятидесятый год? Ладно, сейчас очнется голубчик и проведет познавательную лекцию, а пока глянем винтовку… Или автомат?
Тяжелая, и ствол довольно длинный. Короче, чем у «Светки», но гораздо длиннее, чем у ППШ. Пламегаситель странный… Да почему странный? Ружейными гранатами пулять предназначен. Предохранитель и переводчик огня… Удобно, под большой палец. Хотя, думаю, очередями из нее не особо постреляешь. Так же, как из АВТ. Вон как у мужика ствол задрался, когда он пальнул в меня. Патрон мощный.
Оп-па… а на приемнике магазина выбито: DSA L1А1, и год обозначен 1959… получается, земного летосчисления. А вот это номер… шестизначный… Что значит DSA?
Приклад пластмассовый, ложе тоже. М-да… в рукопашке ею не помашешь. Нет ничего лучше окованной железом мореной березы… Хотя вот на этой винтовке она будет смотреться ни к селу ни к городу. Прикладистая и весит не так уж много. Сделана аккуратно. Даже оптика странная присобачена. Коротенькая, резиновый наглазник, переключатель?..
Переключил тумблер, приложил винтовку к плечу. Очень даже удобно. И в визире прицела точечка горит, а обзор даже шире, чем на нашем ПУ… Ага… 4 35, четырехкратник, значит. Что там на нем еще написано? SUIT? 1960 года? Еще одна загадка…
Черт… совсем забыл. Через часок сюда его товарищи заявятся, а я ворон считаю…
Сорвался с места и, предварительно обшмонав трупы, затянул их в кусты, потом забросал ветками. Сойдет, тем более особая маскировка нам не нужна, а необходима всего лишь легкая растерянность вновь прибывших, обнаруживших пустой лагерь. А вот как с ними поступать, станет известно после разговора с Куртом.
– Ты живой? – обеспокоенно воскликнула выскочившая на поляну Катарина. – Ну… я хотела спросить, что тут?
– Да, милая, живой. Хватай оружие со сбруей и перетаскивай вон за те скалы. А я туда сейчас «языка» отконвоирую. Похоже, скоро пожалуют гости. И повнимательней, тут гадость разная кишит.
– Знаю. И не милая я тебе… – строптиво фыркнула Катарина и вдруг чуть не подпрыгнула, когда неожиданно зашипела валявшаяся на земле рация. – Это что еще такое?
– Рация, – с видом знатока ответил я ей. – Малогабаритная, неужели не понятно?
– Рация? – с сомнением протянула шведка, рассматривая прибор. – Малогабаритная? А… ну да… вот клавиши приема и передачи… А мы проблему размера батарей так и не смогли решить… Хотя…
– Катарина! – пришлось одернуть увлекшуюся шведку.
– Ладно… ладно… а что ты успел узнать?
– Ничего толком… сейчас вот этого борова в чувство приведем – и будет лекция. Шевелись давай.
Урмаса в сознание привести быстро не удалось. Слишком сильно ему прилетело от меня. Но ерунда, есть очень действенные методы…
Через несколько секунд эстонец замычал и открыл глаза.
– А-а-а… Кто?..
– Мы, кто еще? Дернешься, голову сверну. Подъем. Вперед… Стой. Катарина, вьючь на него стволы… Да не стесняйся… боров здоровенный, выдюжит…
– Кто вы такие?
