— Его младший сын воевал в Мексиканской Войне, где ему отстрелили ногу, вот он и отправился на ферму. У него было три сына, два погибли во время гражданской войны, у третьего было еще несколько сыновей. Все следующие поколения парни становились морскими пехотинцами. Мой прапрадед воевал при битве на Манила Бэй. После него мой прадед воевал в Франции во время первой мировой. Затем мой отец, вторая мировая. Теперь моя очередь.
Гарриет и Большой Боб просто уставились друг на друга. Я уверен, что Мэрилин придется много чего выслушать после моего ухода.
— Мы тоже в ПОЗ! — выпалили Люк, указывая на себя и Джона.
Я глянул на них.
— Правда? Разве вы не слишком молоды для этого?
— Мы в ПОЗ!
Я любопытно глянул на него и Джон добавил:
— В ПОЗ для юниоров.
Я помню, что у них и правда была такая программа, хоть и не мог понять зачем. Дети записывались туда просто чтобы не ходить на физкультуру. Им приходилось надевать форму и проводить балл для выпускников.
— ПОЗ для юниоров? Это еще что?
Я дал им слово.
Мэттью и Марк не вступили туда, в отличии от Люка, Джона и Габриэля. Это был самый близкий к армии акт службы в рамках этой семьи. Наконец-то я спросил.
— А что, если вы уйдете?
— Придется ходить на физкультуру. А что? — спросил Люк.
Я ухмыльнулся ему в ответ.
— Если я уйду, то мне вручат винтовку и отправят за океан рядовым. Вот такая вот разница.
После ужина все вышли в гостиную, где дети включили телевизор. Старшие парни ушли, а родители Мэрилин упали в кресла. Я уселся на диван, с девушкой, что прижалась к моему боку. Я прошептал ей на ухо:
— Похоже твои предки не очень рады тому, что я солдат.
— Это довольно необычно для нашей семьи. Никто никогда не служил, по крайней мере из того, что я знаю.
— Кучка уклонистов!
Она ударила меня локтем в бок. Я посмеялся и прошептал.
— Не говори им, что я сбежал из дому в шестнадцать или что я не католик. Это их с ума сведет.
Она мне улыбнулась.
— Поверь, как только они об этом узнают, то меня тут же сожгут на костре! — она еще раз хихикнула и мы обсудили различия в нашей семье. Несмотря на это, Лефлёр были хорошими людьми, и по мере течения моей жизни я предпочитал проводить больше времени с ними, чем с собственной семьей.
Вскоре я у неё спросил.
— Что у тебя в расписании на завтра?
— Ну, у нас церковь в четыре, но кроме этого... ничего. А что ты задумал?
— Что если я приглашу тебя на ужин? Знаешь какие-нибудь приличные бары или клубы?
— Не то чтобы.
— А неприличные?
— Только ты бы такое спросил! — она призадумалась, — Я обзвоню подруг и мы посмотрим, что они скажут.
— Так... завтра покажешь мне все чудеса Утики!
— Это будет быстро, — ответила Мэрилин.
— Где я сегодня буду спать? — спросил я, — Вряд ли в твоей комнате.
Мэрилин нервно глянула на своих родителей. Мать спала в кресле, а отец не обращал на нас внимания.
— Тише! Это не смешно!
— Прости, они всё равно не слышат. Я где-нибудь здесь упаду?
Она указала на проход сбоку.
— Вот здесь. в библиотеке.
— А сегодня вечером? Что-то будет? — Я похотливо повел бровью.
К моему удивлению Мэрилин ответила тем же.
— Позже, когда мелкие уснут, а родители пойдут наверх, я к тебе загляну. Так сойдет?
Внезапно во рту стало сухо, а в штанах очень узко. Я кивнул и прочистил глотку.
— Ох, да, хорошая идея.
— Я по тебе тоже скучала, — улыбнулась она.
Её родители спали под звуки телевизора.
Затем я перевел взгляд на девушку.
— О, да, а я то так по тебе скучал!
Мэрилин хихикнула и быстро меня поцеловала, прижавшись к моему телу. Вскоре заснула и она.
К девяти или около того, Гарриет проснулась с фырканием, что было не тише её храпа. (Сегодня она скромничала, но обычно, когда женщина заводилась, то могла распугивать медведей)
Она оглянулась и встала, затем толкнула отключившегося Большого Боба и подняла спящую Рут.
Большой Боб тоже встал и приказал Рафу и Гейбу пойти наверх. Всё это разбудило Мэрилин , так что она встала и подобрала Питера тоже занося его наверх. Внезапно я остался совсем один, пора было и мне спать. Я вышел к Гэлекси, схватил свою сумку с заднего сидения и вытащил из неё спальный мешок. Я не помнил, что именно из себя представляла библиотека, но хотел быть подготовленным.
Вернувшись внутрь, я выключил телевизор и прошел под аркой в библиотеку. Кое-что я припоминал. Она была заставлена полками с книгами, все были из коллекции "Великая Литература Мира", в дермантиновых обложках и ни разу не читаны. Большой Боб купил свою библиотеку оптом, но никогда не читал книг.
Еще в комнате находился пустой аквариум и облезший кожаный диван с таким же креслом рядом. Насколько я помнил, ни одно, ни второе удобством не отличалось. Ковер из густой оранжевой шерсти, очень уродливый, но чистый и мягкий. Несколько окон в комнате, за занавесками, и даже днем в комнате было темно.
