Линетт жила в спальце нвартиры на втором этаже дома в стиле Кейп-Код. Мэрилин использовала раскладную кровать в гостиной. Линетт на самом деле была намного младше брата, Большого Боба, и всего на десять лет старше Мэрилин. Она славилась тем, что на день Святого Патрика может засесть в баре – одна из причин, по которой я скептически смотрел на академические стандарты Платтсбурга. Взойдя по крыльцу, я постучал.
Дверь отворилась, и Линетт уставилась на меня.
— Она здесь? – спросил я, готовый развернуться и спать в машине до тех пор, пока она не вернётся домой.
Линетт улыбнулась мне.
— Заходи, — она отступила, и, когда я вошёл в квартиру, повернулась, чтобы позвать:
— Эй, Мэрилин, погляди, кто пришёл к тебе в гости!
Мэрилин вышла с кухни – и побледнела, точно призрак. Кажется, она похудела на несколько фунтов. Встав, как вкопанная, она уставилась на меня.
Я подошёл ближе. Пришло время для большого драматического жеста, и я намеревался сделать нужный. Она избегала меня почти месяц. В прошлый раз мне пришлось ждать целых ёбаных полгода, чтобы смягчить её злость на меня. Сейчас я никак не мог ждать так долго. Что, если она никогда не поборет свою злость сама? У меня было впечатление, что сейчас она разозлилась на меня куда больше, чем ранее.
Я упал перед ней на колени.
— Прости. Господи, мне так жаль. Пожалуйста, прости меня. Мне жаль.
Мэрилин просто глядела на меня. Мой оригинальный план состоял в том, что она тут же бухнется ко мне на колени, немедленно воскликнет о том, как ей жаль, что она слишком остро реагировала, и мы распахнём объятия друг другу, обнимемся, поцелуемся и предадимся дикой, животной страсти прямо на полу квартиры. Мэрилин, однако, падать на колени не спешила. Она долго смотрела на меня, а затем спросила:
— Что ты делаешь?
Ну разве это было не очевидно? Нет, я этого не сказал; я подумал, но не произнёс вслух. У меня уже было достаточно проблем.
— Я прошу прощения. Умоляю, прости меня.
— Ну, для начала, встань, Бога ради! Ты выглядишь просто смешно!
Вот дерьмо, это не сработало. Если у неё был тайный план заставить меня выглядеть идиотом, то она идеально его продумала. Но, по крайней мере, она не вышвырнула меня. Я встал и покосился на Линетт – вдруг увижу какой-нибудь намёк. Та улыбалась, но прикрывая лицо рукой. Я снова поглядел на Мэрилин.
— Мы можем, эээ, поговорить?
— Ты чёртов мудак! — завопила она.
— Ага, знаю, — кивнул я. – Потому я и здесь.
— Мудак, — пробормотала она. Воздев руки, она откинула кухонное полотенце, которое держала, и полезла в шкаф за курткой.
— Пошли, мудак, прогуляемся.
Она пулей вылетела из квартиры, и я поспешил за ней.
Я совершенно не был уверен в том, как это сработает. В прошлый раз, когда мы делали это, она уже простила меня благодаря письму еще перед тем, как я пришёл к ней. Линетт быстро умотала на выходные на озеро в Берлингтоне, и мы с Мэрилин провели уикэнд вдвоём, не вылезая из кровати. Теперь она уводила меня из квартиры, и я не заметил, чтобы Линетт паковала чемоданы для срочного отбытия. Я догнал Мэрилин и шёл рядом до ближайшей начальной школы. Она уселась на скамейку, и я присел рядом.
— Мы можем поговорить?
— Ты мудак! — Мэрилин ударила меня по руке. Это было совершенно не больно – она била как девчонка, но я снова удержал язык за зубами.
— Мне жаль. Мне правда жаль, — сказал я ей.
— Мудак! – она снова ударила меня. Она повторила это пару раз, и я просто сидел, пока она, как мне казалось, не выпустила пар. Выждав минуту, я извинился снова – и она снова ударила меня. Я определённо не так представлял себе наше воссоединение.
Наконец, она остановилась, и мы снова сидели там – бок о бок. В какой-то момент она прижалась ко мне и снова назвала мудаком, а я приобнял её за плечо. Я только прошептал, как мне жаль, и она заплакала, уткнувшись мне в плечо и называя меня мудаком каждые несколько минут. Наконец, она прекратила плакать и снова села прямо, всё ещё достаточно близко, чтобы я мог обнимать её.
— Ты так и не сказала, прощён я или нет, — заметил я, но в ответ получил лишь ещё один пинок.
— Мудак! — Мэрилин встала и взяла меня за руку. Она повела меня обратно к квартире и оставила стоять внизу.
— Стой здесь. Я спущусь через пару минут.
Это заняло скорее минут пятнадцать, но она не смогла бы сказать время точно даже рядом с Биг Бэном. Она вынесла чемодан и кинула его на заднее сиденье съёмного автомобиля, к моим сумкам.
— Где ты остановился? — спросила она.
— Ещё нигде, — покачал я головой, — Я отправился сюда прямо из аэропорта.
— Holiday Inn на Роут, 3, - она запрыгнула в машину, а я недоверчиво стоял пару секунд – прежде, чем сесть на водительское место. Мэрилин нужно было покомандовать мной. Пять минут спустя я остановился у Holiday Inn. Мэрилин оставалась в машине, пока я ходил регистрироваться, а затем я вернулся и проехал до ближайшей двери. Мы остановились в задней комнате на втором этаже. Я схватил свои сумки, и, потянувшись за сумкой Мэрилин, обнаружил, что та уже держит её в руках. Мэрилин никогда не носила свои сумки!
