К середине дня я смог вернуться в Best Western, где мы с Мэрилин загрузили большинство моих вещей в Импалу. Попасть в ней на базу казалось довольно просто, так что мы поехали и выложили вещи в мою комнату. Войдя в общежитие, мы встретили Харлана с его невестой, которые тоже привезли его вещи, и представились друг другу. Анна Ли была намного светлее чёрного, как смоль, Харлана, но у неё был тот же самый южный акцент. Она была стройной, высокой и вообще классно выглядела. Мы помогли друг другу с вещами, а затем ещё помогли нашим товарищам по учебному классу. Неудивительно, что не я один оказался со слишком большой поклажей, поэтому я провёл маленькую группу к ячейкам для хранения и позволил Харлану воспользоваться моей, а остальные парни сняли одну и поделили её между собой.
Ужин в Best Western был в 19.00. Я надел штатское, а не форму, и был рад увидеть, что Харлан тоже переоделся. Моим первым вопросом к Анне Ли было:
— Так как ты познакомилась с этим негодяем?
Анна Ли и Харлан рассмеялись.
— Мы встретились в школе, — сказала она. — Я заворачиваю за угол, а он как врезался в меня!
— Она была одета в шорты – О Боже – и... – перебил Харлан.
— Следи за языком! — взвизгнула Анна Ли, и мы с Мэрилин рассмеялись. — Нет необходимости рассказывать это каждому!
Я поглядел на ножки Анны Ли, нашёл их весьма неплохими и, кивнул Харлану, показывая ему большой палец.
— Даже не объясняй.
За это мне прилетело с двух сторон – от Анны Ли и от Мэрилин. Я лишь повернулся к последней:
— Лучше бы тебе вести себя примерно, или я расскажу о том, как встретились мы!
Как и ожидалось, Мэрилин покраснела и сказала:
— Не смей! — что лишь усилило любопытство остальных.
Я лишь улыбнулся ей и сказал:
— Ты можешь рассказать им романтическую версию, или мою – более правдивую.
— Ты злой человек, — ответила Мэрилин. Она выдала романтическую версию, после чего остальные попросили меня пояснить. Романтическая версия была про дуэль. Харлан спросил меня о настоящей версии, и я рассказал ему, как она подцепила бармена на вечеринке, за что получил от своей невесты пару визгов. Я только пожал плечами и сказал, что я офицер и джентльмен.
— Может, ты и офицер, но не джентльмен! – возразила Мэрилин.
— Ну, тут у нас 50 на 50. – я поглядел на друга. – И когда у вас большой день?
— 11-го марта, — объявила Анна Ли. — Я заканчиваю школу в декабре, после этого мы и поженимся.
— Рад за вас.
— В часовне Оле Мисс в Оксфорде, — продолжил Харлан. — Ты должен прийти. Я приглашаю тебя. Вас обоих. Приходите.
Анна Ли согласно кивнула.
Я поглядел на Мэрилин, а та пожала плечами.
— Отлично. Полагаю, это зависит от того, где мы будем. Если нам удастся, мы приедем к вам. Вы, кстати, тоже приглашаетесь на нашу свадьбу, но она будет следующим летом, и мы ещё не назначили дату. Хочешь быть одним из моих шаферов? — спросил я. — Первым будет мой хороший друг, колледжский сосед по комнате, а ты мой лучший друг из армии. Почему нет?
— Отличная мысль! — засмеялся он. — На свадьбе будут ещё братья?
Я лишь ухмыльнулся.
— Ох, чувак. Свадьба будет белее, чем встреча Ку-Клукс-Клана!
Харлан громко расхохотался, а Анна Ли захихикала. Мэрилин, как и ожидалось, была от моего заявления в шоке.
— Я поверить не могу, что ты сказал такое! Ты просто... просто...
Я только покачал головой.
— Я много кто, детка, но не один из них.
Харлан и его девушка с непониманием поглядели на меня. Я повернулся к ним:
— Мэрилин убеждена, что раз я белый мужчина, родившийся южнее он линии Мейсон-Диксон, то я прирождённый и безнадёжный расист, и что только у янки нет предрассудков.
— Боже правый! — Харлан аж застонал от смеха. — Какие ещё янки?
— Нью-Йоркские янки!
— Они худшие! — захохотал он, а затем с улыбкой повернулся к Мэрилин. — Ты же знаешь, что в Нью-Йорке рабство оставалось легальным до 1820-х годов, а?
Мэрилин выглядела так, будто ей дали пощёчину тухлой треской.
— Нет, это неправда!
Все остальные улыбнулись и кивнули.
— До 1827, по-моему. И они, кстати, были не последним из штатов янки. Последним был Коннектикут, и где-то ещё лет через 20 или вроде того, — сказал я. Мэрилин поглядела на меня, и я добавил:
— Они учат это в школах.
Харлан поглядел на меня, ухмыляясь во все зубы.
— Так как много рабов было у твоей семьи, Карл?
— Ни одного, насколько я знаю, — ответил я. — У нас в любом случае был не тот тип земельного участка.
Пришло его время удивляться.
— Чёрт, чувак. Я же просто шутил. Ты имеешь в виду – твоя семья могла быть рабовладельцами?
Я пожал плечами.
— Ну, мы прибыли сюда в 1750-х, и Мэриленд был рабовладельческим штатом, так что, я полагаю, это было возможно, но земля, которой мы владели, не подходила для фермерских хозяйств такого типа. Я никогда не слышал ни о какой семейной ветви, которая владела бы рабами, но, думаю, теоретически это возможно. Хэмптон-Хаус – неподалёку от места, где я вырос – и был рабовладельческой плантацией, но хозяйство, которое мы вели, с рабами не сочеталось.
