— Ты вся будешь моей! Это будет твой супружеский долг – удовлетворять меня так, как я пожелаю!
Это неприличное замечание повергло Мэрилин в восторг. Она откинулась назад, насаживаясь на мой член всё глубже, и громкие шлёпающие звуки моих бёдер, стукающихся о её зад, были для меня как афродизиак. Я долбил её сзади. Думаю, к тому времени, как я излился в неё, она уже потеряла счёт оргазмам. Мы рухнули на кровать, и я был сверху, целуя и лаская её спину и плечи, а затем окончательно раскатились в разные стороны.
Затем, когда я поглядел на неё, повернув лицо, взъерошенную и потрёпанную, она застенчиво улыбнулась мне.
— Ты ведь это всё говорил не всерьёз, не так ли?
Её глаза скользнули через плечо на её сладкие, сдобные булочки.
— Никогда не знаешь наверняка, — с улыбкой ответил я. — Ну, если ты будешь нервничать, то быстрый минет меня вполне устроит.
Это вызвало смех у Мэрилин:
— Ты просто полон дерьма!
— Зато ты - нет, — ответил я, хмуро сдвинув брови.
Ей понадобилась секунда, чтобы понять, о чём я, и она вскрикнула:
— Гадость!
Прижавшись к ней, я погладил её рукой и начал растирать её зад. Я прошептал ей:
— Готов поспорить. Придёт время, и когда я закончу, ты сама будешь умолять об этом, и ты кончишь так, как никогда раньше не кончала.
Её глаза расширились от этой мысли, но затем она улыбнулась:
— Этого никогда не случиться.
Я с улыбкой перекатился на спину.
— Посмотрим.
Любой дальнейший спор был спасён звонком, в нашем случае – звонком телефона. Я сел и взял трубку; звонил профессор Райнбург.
— Лейтенант Бакмэн, — ответил я.
— Карл, как ты? Это Джон Райнбург.
— Профессор, рад вас слышать. Где вы? Мне нужно вас забрать?
— Я здесь, в своей комнате. Портье соединил меня с твоей. Как ты? Очевидно, ты в номере.
— Да, сэр. Я действительно ждал вашего звонка.
— Надеюсь, я не навязываюсь.
Я глянул на свою невесту, лежащую на кровати – нагую и соблазнительную.
— Ни в коем случае, сэр. Я с нетерпением жду нашей встречи. Какие у вас планы на вечер?
— Ужин. Я голоден. Не могли бы вы присоединиться ко мне?
— Да, сэр, с удовольствием. Профессор, со мной Мэрилин, моя невеста. Вы не против, если она присоединится к нам?
— Конечно, нет. Рад буду с ней познакомиться. Предпочтений касательно ужина нет?
— Не могу сказать, я не слишком хорошо знаю округ. Здесь милый ресторан, но если у вас есть другие предложения – я с вами. Можно подороже – мы придумаем, как взвалить бремя оплаты на Армию.
Он засмеялся и сказал, что разложит вещи, приведёт себя в порядок и сделает пару звонков, а затем перезвонит мне. Я понятия не имел, мог ли предоставить эти счета Армии, но не беспокоился. Я был обязан столь многим этому человеку, что, в случае чего, заплатил бы за него.
Встав с кровати, мы с Мэрилин решили прибраться. Я знал, что мне нужно немного поесть и выпить перед тем, как обсуждать то, выполнения каких мужних обязанностей может потребовать моя невеста. К счастью, худшей обязанностью мужа была стрижка газона, и я не думаю, что она уже это поняла! Я дал Мэрилин первой идти в душ, а затем, когда она вернулась, пошёл туда сам. Излишне говорить, что именно там я находился, когда профессор позвонил снова. Я даже не услышал звонка, но Мэрилин просунула голову в ванную и сказала:
— Твой профессор снова на проводе.
— Чего он хочет?
— Он упомянул ресторан морской кухни и хочет узнать, заинтересованы ли мы.
— Меня устраивает. А тебя?
— Конечно.
— Ладно, спроси его про дресс-код и узнай, во сколько он хочет встретиться с нами в вестибюле.
Мэрилин ушла, и я закончил мыться. Когда я вышел, она сказала:
— В половину в вестибюле, и одеваться можно повседневно.
Я всегда ненавидел эту фразу. Что это вообще значит – повседневно? Повседневная одежда для Рокфеллеров – блейзер и аскот; повседневная одежда для Лафлёров – чистая пара пивных очков.
П. П. Не нашёл другого перевода beer goggles, но, возможно, какие-то штаны.
— Он сказал, во что он будет одет?
Она ухмыльнулась.
— Я знала, что ты спросишь это. Он сказал, в брюки и спортивную майку.
Я улыбнулся в этвет.
— Это мы потянем. Почему бы тебе не надеть своё платье, а мне то же, что и он?
По дороге в вестибюль я спросил Мэрилин:
— Ты взяла сюда то своё синее платье из Вегаса?
Мэрилин покраснела, но кивнула. Прошло уже несколько лет, но в Аттике по-прежнему было немного мест, куда такое можно надеть. Прежде, чем мы спустились, я сказал ей, что уж этой ночью, по крайней мере, найду ей хоть одно такое милое местечко.
— Я так и думала. И у меня на примете подходящие туфли. Давай посмотрим, что тут можно сделать.
