Оба родителя Шилли были курильщиками со стажем. Никто в то время не слышал о пассивном курении, но вполне вероятно, что можно заработать рак легких просто пройдя мимо их дома. Мама и папа девушки курили по две пачки Марльборо в день, дом пропах табаком. Шилли не курила, а когда я закончу с этим проектом - и не начнет. Мистер Тэлбот подвез меня домой, так как даже пальто не успел снять войдя в дом. То, как их семейная чета кашляла... надеюсь Шилли не станет сиротой до выпуска из школы.
Я хотел, чтобы мой отец тоже бросил к тому моменту как я закончу с проектом. Он выкуривал по две пачки L&M со своих времен в морской пехоте. Бросил он лишь когда я уже был в старшей школе, и перешел к сигарам на следующие десять лет, избавившись и от них. Забавно то, что не смотря на все те плакаты против курения, и видит Бог, курение - смертельная привычка, не все, кто курит, получат рак. Папа прожил до семидесяти пяти лет и никогда не испытывал проблем с легкими. Я прокурил двадцать шесть лет, а когда бросил, то анализы показали, что у меня легкие подростка. Мэрилин была этим разочарована. Ей хотелось, чтобы там нашли что-нибудь ужасное, но излечимое, чтобы она могла сидеть и повторять " Я тебе говорила!". Курение убьет 95% людей, что к нему пристрастятся. Но мы с папой относились к остальным 5%. Но опять же, я пережил сердечный приступ. Но из-за курения, или лампы?
В ту субботу мы с папой поехали в строительный и сразу направились к сантехнике. Это происходило задолго до появления Home Depot или Lowes. Строительные были куда меньше. Ассортимент не назовешь широким. Я предпочел бы нержавейку, но её просто не было, поэтому пришлось остановиться на гальванизированной стали. Мне хватило частей на три разных фильтра.
Днем в понедельник мы с Шилли снова поехали к ней домой и направились в подвал. Со мной был полный рюкзак крепежей для труб, и хирургической ваты. Я выложил всё на стол.
Я уже испытал всё это дома на выходных, но нужно еще раз сделать это здесь,чтобы убедиться в том, что всё работает как надо.
— Хорошо, что у нас есть?
— Вот основа фильтра, — сказал я, держа в руках часть трубы из гальванизированной стали длинной в шесть дюймов, с креплениями на обоих сторонах. Затем схватил переходник, укоротил трубу в четыре раза, и присоединил его на один из концов, — Этот конец вставляется в помпу, а этот - в проволочную сетку.
— Где ты её достал?
Я пожал плечами.
— Наверное это для забора в саду. Она больше, чем та, что на окнах, но меньше, чем в курятниках.
Я уронил её в трубу и посмотрел нормально ли всё зашло.
— Всё, что она делает - это держит фильтр.
— Вата, верно? — сказала она тыкнув на сумку.
— Именно, — я потянулся и схватил рюкзак.
— Если мы просто бросим туда ватные шарики, разве дым их не обойдет?
Я любопытно глянул на неё. Хороший вопрос. Шилли может быть вовсе не такая глупая, как хочет казаться.
— Над этим нужно подумать. Может разорвем их, прежде чем запихивать внутри?
Девушка кивнула, мы взяли по шарику и разорвали их в хлопковую массу. Я держал трубу, а она засовывала вату.
Я не был уверен, насколько сильно мы хотим заполнять фильтр. Слишком много - и помпе будет сложно тянуть. Слишком мало - смола не будет задерживаться в нужных нам количествах. Еще надо будет посмотреть, как поведет себя помпа, когда смола начнет собираться и забивать фильтр. Я наугад сказал Шилли, что хватит.
— Теперь присоединим фильтр к помпе.
Я подключил переходник к рабочему концу механизма.
— А сигареты с другого конца , верно?
Я просто посмотрел на неё.
— Это я еще не выяснил. Может, когда твои родители вернутся, мы сможем спросить.
— Забавно, наконец-то ты хоть чего-нибудь не знаешь!
— Ох, Шилли, я много чего не знаю! — сказал я и рассмеялся.
Она улыбнулась.
— Может я смогу тебя кое-чему научить...
— Мне бы очень хотелось.
— Хорошо, когда выясним как вставить сигареты и выкурим их. Как вытащить смолу?
— Как я это вижу - мы открываем трубу, вытаскиваем вату, кладем её в растворитель. Смола выходит из ваты в растворитель, а затем мы выкипячиваем растворитель из смолы.
— Мы сделаем это здесь? — спросила она озадаченно оглядываясь.
— Боже, нет! Мы же не хотим взорвать твой дом! Лучше в школе, в лаборатории, — услышав это, ей полегчало.
Мы взяли перерыв и уселись на диван, где Шилли меня кое-чему научила. Учительница из неё превосходная. Я начал вести себя посмелее и теперь гладил её спину (под тонким свитером у девушки был маленький лифчик), а затем по бокам и спереди. Среднего размера грудь. Она не жаловалась, лишь начала громче стонать, когда я принялся трогать её через свитер. Лицо девушки покраснело и нам пришлось остановиться, когда пришли её родители.
Ладно, не только она покраснела. Я тоже изрядно запыхался. Давненько я вот так вот не зажимался с девочкой-подростком, а Шилли была весьма отзывчивой. Мы встали с дивана, повернувшись спинами, поправляя одежду так, чтобы выглядеть максимально чистыми и невинными. Мы развернулись и ехидно улыбнулись почти в один момент.
Я произнес:
— Знаешь, я собираюсь стать математиком... но химия мне тоже теперь кажется увлекательной.
