— И кое-что покрепче, если тебе интересно. Но твои родители нас обоих пошлют в тюрьму, если узнают, так что не говори им, — ответил я и вытащил Колу, — Хочешь? Скажи, что любишь и в следующий раз я это достану для тебя.
Она кивнула и я налил Кока Колу со льдом. Я принес ей напиток и сел на диван напротив.
— Ты не этого ожидала, верно?
Джина отпила Колу и подошла ко мне на диван.
— Поговори со мной, расскажи, что случилось.
— Ох, Иисусе... что случилось, спрашиваешь? Ладно, сама попросила, не говори что не предупреждал, — я откинулся на диване и Джина прижалась ко мне и посмотрела на меня своими большими карими глазами. Я рассказал ей почти всё, кроме той части, где Хэмильтон бросает презервативы на стол. Я не думал, что такую тему стоит поднимать перед девственницей, которую я собирался соблазнить.
Она под конец совсем перестала говорить и мне стал интересно уснула ли она, но девушку приподнялася и поцеловала меня.
— Мне очень жаль, я могу как-то помочь?
Ох, Джина, если бы ты только знала.
— Ты помогаешь просто тем, что находишься рядом. Это всё, что мне нужно.
— Так к чему вся секретность? — спросила она.
— Что, по-твоему, произойдет когда все в этом мире узнают, что я живу сам по себе? Разрешат ли тебе родители ко мне ходить? Половина школы будет делать всё, чтобы тусить у меня всё время? Можешь придумать хоть один позитивный исход?
— Ты правда думаешь, что так оно всё и будет?
— Ох, солнце, ты и не представляешь! Это создаст столько проблем! Да и родители вряд ли согласятся.
Она улыбнулась, — Ну, вероятно, так оно и будет..
— Вероятно? Думаешь есть какой-то шанс, что твой отец разрешит оставаться у меня, делать пошлости на диване в полном одиночестве? — я потянулся, чтобы поцеловать её.
Джина слегка застонала и залезла на меня повыше, да так, что мой член замер. Теперь моя очередь стонать.
— Насколько пошлые?
— Всем пошлым-пошлые... — я крепко сжал её и мы начали целоваться на диване. Если я буду жить один, то лучше бы рядом иметь такую фигуристую даму. Я не спускал на неё всех псов, ограничиваясь касаниями к попке и спине. Оказалось, что она носит поддерживающий лифчик с задней застежкой... но, эй, у Джины серьезные груди. Ей нужен хороший лифчик.
Мы целовались с языком, стонами и всхлипами около часа, а затем я перекатился и глубоко вздохнул, оказавшись на полу.
— Милая, если мы прододжим в том же духе, то я не успею отвезти тебя домой.
Джина задыхалась не меньше моего, по крайней мере так это выглядело. — Думаю, нам пора.
Я кивнул и провел её до ванной. Затем умылся в раковине на кухне и принял душ вслед за ней. Когда я покупался, то обнаружил её стоящей на входе в мою спальню.
— Это здесь мне предстоит узнать об Опыте Карла Бакмена? — спросила она.
Я лишь взвыл и закатил глаза.
— Продолжай меня целовать так, как и прежде и получишь этот опыт даже раньше, чем думаешь.
— Я лишь думаю, что в кровати всяко удобнее.
— Это приглашение? — спросил я.
Джина покраснела.
— Пока нет!
Я схватил её пальто.
— Тогда не дразни меня! Нужно отвезти тебя до того, как я начну об этом жалеть.
Мы добрались как раз к ужину.
Я объяснил, что водил её к себе домой, что технически было правдой. Надолго я там не остался, а пошел домой и приготовил говяжие консервы. Затем сделал кучу домашки и уснул.
В обед следующего дня я позвонил домой. Мне на это потребовалось две попытки, в первый раз трубку снял Хэмильтон, сбросил звонок и не повесил трубку обратно(в таком случае никому не дозвониться - линия связи будет вечно занята). Спустя пятнадцать минут снова позвонил и на этот раз ответила Сьюзи. Она крикнула маме и я услышал два щелчка, первый раз когда трубку подняла мама, а второй когда её бросила Сьюзи.
— Алло?
— Привет, Мам.
— Карлинг! Рада тебя слышать. Как ты? Уже готов покончить с этой глупостью и переехать обратно?
Мать считала мой съезд глупостью и тут, будто по секундам, раздался еще один щелчок.
— Нет, мам, я не вернусь, — я повысил голос. — Хэмильтон, повесь трубку! Это очень грубо!
Звук в трубке внезапно стал заглушенным, и раздалось далекое: "Хэмильтон, ты слушаешь нас?!"
Еще один щелчок, мама позвала его во второй раз и сказала:
— Карл, никого там нет! Хватит наговаривать на своего брата!
— Верно, Мам. Есть еще одна неплохая история – отправлять чек по почте*.
— Карлинг, прекрати!
Я пожал плечами.
— Ладно, мам, я позвонил, потому что хотел узнать – будете ли вы с папой дома в воскресенье.
— Где еще нам быть? А что?
— Я хотел бы привести Джину на пару минут после церкви. Ты не против?
— Совсем нет! Как ты думаешь, она останется на ужин? Может твои тёти и дяди тоже смогут прийти...
Мама начала перебирать всё у себя в голове, планируя нашу помолвку.
— Нет, мама, ничего подобного. На ужин мы не придем. Она просто спросила и я решил привести её. Мы просидим там максимум час, в лучшем случае. Никакой родни, Мам.
— Но Карл... — запротестовала она.
— Нет, мама. И еще одно. Если Хэм не будет вести себя как следует, а под "как следует" я имею ввиду как следует вести себя на встрече с президентом, мы никогда не зайдем во второй раз.
— Не смей мне угрожать!
— Как следует, мама!
