– Так, вот тебе первый важный урок " Никаких зубов! Ничего не обламывает парня сильнее, чем перспектива быть укушенным. Это очень важно. Еще, будь аккуратнее с парнями, что у меня снизу, – Я приподнял свою мошонку и Мэрилин потянулась к ним пальцем. Я нежно остановил её, – Будь аккуратна, некоторым парням нравится, когда с ними играются, но не мне.
Она глянула на меня с приподнятой бровью.
– Но… как мне потрогать тебя… не трогая! Я не пойму.
– Я просто говорю тебе быть аккуратной. В эволюционном смысле, тестикула снаружи тела – херовое дизайнерское решение.
Она криво глянула на меня.
Я взялся за член, наклонил его и направил головку члена к лицу Мэрилин.
– Вот тебе подсказка для начинающих. Большая часть нервных окончаний в головке! – Указательным пальцем я очертил ей нужную зону вокруг кончика, – В оставшейся части члена их нет так много!
Это я тоже ей показал пальцем.
– Это значит, что основное удовольствие я получу, если ты сконцентрируешься на ней, а ствол будешь просто надрачивать. Глубокий заглот ужасно переоценен.
– Ты что, экскурсовод? – спросила она.
– Я же говорю, у нас тут продвинутый курс!
– Я была бы осторожнее со словами, а то могу ненароком и нарушить парочку правил, которые ты здесь установил.
Она протянула свой указательный палец и нацелилась к моим яйцам.
– Да, Мэм! – ответил я.
Некоторым парням такое нравится, но… даже простой неверный взгляд на мою мошонку заставлял меня сжиматься. Мне совсем не понравилась вазектомия, но если у нас будут дети и Мэрилин захотела бы, что бы я сделал это снова… то я буду совсем не счастлив.
– Что за глубокий заглот?
– Я тебе как-нибудь одолжу кассету.
Она загадочно глянула на меня. Порно в те дни не было распространено в Христианской организации.
– Так, что дальше?
– Теперь мы перейдем к лабораторной работе.
Глаза Мэрилин широко раскрылись, я подвинул член так, чтобы тот очутился около её губ.
– Открой ротик и скажи "Ааааа". Больно не будет!
Она улыбнулась.
– Не перестарайтесь, Господин Инструктор!
Но всё же она послушалась меня и открыла рот.
Я втолкнул кончик члена внутрь, где-то на дюйм или около того и она инстинктивно обволокла его губами.
Оох… как хорошо, так тепло и влажно.
– О, да. Вот так!
Она сосала головку где-то с минуту, а затем посмотрела мне в глаза.
– Да, просто соси и не останавливайся. Начинай подрачивать его.
Я взял её руку и переместил на ствол, она тут же начала делать мне приятно, – Вот теперь здорово! Ох, как хорошо. не останавливайся, не надо!
Мэрилин начала входить в темп и начала очень хорошо обрабатывать мой член.
– Детка, просто продолжай, вот так… не останавливайся, продолжай… вот так… хорошо… не останавливайсяю
У Мэрилин была дурная привычка менять технику на ходу, что очень сильно отвлекало меня. Я хотел научить её правильно с самого начала.
– Вот так, не прекращай… ты чувствуешь? Это моё предсемя, продолжай… это значит, что скоро… я…. Боже… как хорошо… не останавливайся… когда я кончу, продолжай сосать и дрочить… не удивляйся!
Мэрилин была прилежной ученицей и сосала мою головку на дюйм-другой, подрачивая ствол.
– Вот…вот… не останавливайся.
Я почувствовал как сперма бежит по моему стволу и резко вырывается ей прямо в рот.
Она отодвинулась, вторая обойма выстрелила ей на подбородок, но затем девушка снова взялась за дело, отсасывая мне, пока не выдоила дружка полностью. Я лишь застонал и развалился на подушках с совершенно идиотской улыбкой на лице.
Мэрилин посмотрела на меня со спермой на губах и лице.
– Думаю, я справилась?
– Детка, это было супер!
Она проглотила и скривалась.
– Да уж, не шампанское, – вытерла лицо рукой и уставилась на жидкость в руке, – Довольно противно.
Я лишь пожал плечами.
– Какая есть. Мне говорили, что тренировки делают всё лучше, так что я обещаю продолжать вылизывать твою киску, если ты не забросишь минеты.
– Мне нужно умыться.
Я пошел за Мэрилин в ванну, где она привела себя в порядок и выпила воды. Я оперся о дверную раму.
– Что касается плюсов… никто не беременел от минетов! Думаю, что у тебя девять братьев и сестер потому, что мама не баловала папу!
– Фу! Я даже думать об этом не хочу!
Я посмеялся и провел пальцем меж нн булок на попе.
– Помнишь раздел в книге об этом? Так тоже не забеременеешь!
– Фу, фу, фу!
Я посмеялся и отправился обратно в кровать. Лег и уснул.
А проснулся от того, что Мэрилин прижалась ко мне в своём халате и вовсю храпела. Если есть в ней что-то плохое, так это ее храп. Громкий храп!
Дети даже шутили по этому поводу. Я помню, однажды, она рано легла спать и начала так устрашающе храпеть, что ребята спросили у меня поражаясь "Ты с этим спишь?" Но мне всегда было плевать. Если она слишком расходилась, то я толкал её локтем по спине, она ворочалась и мне хватало времени на то, чтобы уснуть пока она снова не заведет свой мотор.
Я нежно сжал её ноздри и спустя мгновение она проснулась и злобно на меня посмотрела.
– Ты храпела.
– Нет, не храпела!
Я кивнул.
– Да, храпела.
– Я не храплю! – Это вызвало смешок с моей стороны. – Раз так, то ты тоже храпишь!
– Нет, не храплю. Один раз я не заснул и доказал это.
– Ха, ха, ха, Мистер Заумный!
