А еще они бывали злобными и обращались с собственной семьей хуже, чем с подопечными. У них не было абсолютно никаких интересов помимо католической церкви и семьи. Они определенно считали меня грузом, что Бог свалил на них, даже не смотря на мои превосходные результаты по продажам и управлении для них, а еще каким-то образом убедили себя в том, что я алкоголик и никогда не найду постоянную работу. Повторюсь, они были очень сложными людьми, и я провел с ними больше времени, чем с собственной семьей. Я проработал на них четырнадцать лет, прежде чем мы с Мэрилин съехали, как и парочка её братьев.
Мне они нравились, но я не собирался повторять мою предыдущую историю. Одного раза с меня хватило.
Большой Боб вошел и увидел меня, Мэрилин представила меня своему отцу. Я пожал его руку и он что-то пробубнел в мой адрес, затем поцеловал Гарриет и схватил пиво из холодильника, покинув комнату, ничего не сказав. Это был хороший знак, насколько я помню.
Мэрилин села на барный стул, я присел около неё. В доме было удивительно тихо, хотя, я думаю что в доме с десятью детьми это относительное понятие. Майкл всё бегал под крики Гарриет. Пришла маленькая девочка, Рут, лет двух или вроде того, и Мэрилин пришлось поменять ей подгузник. Как только это было сделано, она поплелась обратно. Самому новому пополнению коллекции, Питеру, было два или три месяца от роду, спал в небольшой детской кроватке.
Вот, собственно, и всё. Ни одного из братьев Мэрилин не было поблизости.
Гарриет не готовила ужин, так как стояла пятница. Вечер пятницы – это вечер пиццы! Так сложилось тысячелетиями! Это было здорово как ни глянь, так как я всё равно не собирался там есть.
Мэрилин, безо всяких сомнений, была самым плохим поваром в мире, но это звание досталось ей по наследству от матери – самого плохого повара в мире номер два. Мне всегда казалось символичным то, что супруги детей этой семьи готовили куда лучше, чем они сами (даже у девочек). Частично это было от того, что Большому Бобу наверное в детстве вырезали вкусовые рецепторы. Соль и перец в доме считались экзотическими заморскими специями. Но хуже всего – вся еда была пережарена! Что там Rare прожарка, даже Well Done был не достаточно Welll Done! Если что-то было влажноватым или приятно пахнущим, это могло значить только то, что его нужно еще немного пожарить! Я планировал отвести Мэрилин на ужин в субботу и уехать до ужина в воскресенье.
Тишина вскоре сменилась шумом. К полшестого парни-подростки начали наполнять кухню, к своему удивлению обнаруживая, что сидят за столом с кем-то новым.
Часть проблем Мэрилин заключалась в том, что когда она подросла в семье было семь мальчиков, за которыми ей нужно было помогать ухаживать так как она девочка. Все считали её второй матерью, только без уважения присущего первой. Большая часть парней обращалось с ней как с мебелью. Но снова же, в целой массе аспектов они были лучше моей семьи, даже в прошлый раз. Как я и сказал, я предпочитал свою семью этой.
Двум парнями дали наличку и отправили за пиццей.
Вот список членов семьи:
* Мэрилин – моя любимая. Ей только что исполнилось девятнадцать. Да, она была старше меня на несколько месяцев и я не давал ей об этом забыть. Так мои Дни Рождения проходили куда проще.
* Мэттью – восемнадцать. Только что выпустился со школы, водил грузовик для Лефлёр.
Он был неплохим парнем, временами злобным как черт, но всё же хорошим другом. Они с Мэрилин буквально зажимали меня своим возрастом посередине.
* Марк – семнадцать. Учится в последнем классе.
Очень умный, стал торговцем для Лефлёр. У него был тот еще нрав! Даже я на фоне этого парня казался скромнягой! Он был номером два в фирме, и когда Боб в девяностых не передал ему бразды правления, то он уволился и купил дело в шестидесяти милях от дома. Много же об этом разговоров было!
Хороший бизнесмен и человек, но ни я ни Мэрилин другом назвать его не могли.
* Люк – пятнадцати лет. Десятый класс. В итоге начал вести дело по контракту от Лефлёр. Не самый приятный тип. На самом деле – грубое мудло. Половина компания не хотела иметь с ним никаких дел, включая меня. На его руке висел гипс, он играл в футбол.
Все парни были хулиганами и с годами бинтов, гипсов и перевязок стало столько, что хватило бы на всёортопедическое крыло в местном госпитале. Это всегда наталкивало меня на мысль, что может они и были хулиганами, только вот плохими.
* Джон – тринадцать, первый курс в школе. Дружелюбный и очень умный. Когда мы скупили акции Лефлёр, именно Джон начал заправлять делом. Он шикарно справлялся с этой работой. Брал на себя почти все, начиная с установки домов и заканчивая их обслуживанием. Мы стали хорошими друзьями.
* Габриэль – одиннадцать, девятый класс. Тоже очень милый и умный. Он займется продажами в Лефлёр. Я половину времени отчитывался перед ним, а вторую половину перед Джоном, но всё было в порядке. Тоже хороший друг. Он ходил в колледж в Сиенне по делам.
