Насчёт всего этого было очень много вскриков. Республиканцам просто не понравилась идея того, что многие нелегалы-иммигранты получали награду за то, что успешно прокрались в страну, пока с экономикой было туго, но это были не только консервативные Республиканцы. Была и пара Демократов, которые тоже хотели получить что-нибудь, дав этому зелёный свет, или же они хотели больше того, что я предлагал. Я кучу времени провел, откармливая и отпаивая конгрессменов, и также размахивая флагом и упоминая о мечтах Джорджа. Я также потратил ебаную половину бюджета на подарки всяким мудакам, которые за свое согласие хотели что-то получить. Если бы на моей стороне были главы Палаты и Сената, то проект никогда бы не вышел за пределы комитета, уже не говоря о слушаниях. И даже тогда некоторые придиры ни за какие деньги не соглашались на это. Затем наконец проект был принят, с перевесом в один голос, но все же принят. В это время я потратил огромное количество добра, которое я скопил.
В то время мы также и готовились в выборам 2004-го года. Со стороны Демократов носилась целая уйма потенциальных кандидатов, ездивших в Айову и Нью-Хэмпшир, выступая с речами, пожимая руки, и, что важнее всего, выстраивая местных политических главарей и инвесторов. По факту это было то же, чем я сам занимался в Балтиморе и округах Кэрролла, только по всей стране. Мне нужно было делать то же самое, хотя у меня и было несколько преимуществ и ограничений одновременно. Крупнейшим преимуществом был статус действующего. Я уже был президентом, и мы не видели никого, кто бы против меня баллотировался. Я склонил на свою сторону своего сильнейшего соперника, МакКейна, и уничтожил единственного крупного противника, Чейни. Больше местных и инвесторам выбирать было не из кого.
Крупнейшим ограничением же было то, что у меня уже была работа по управлению страной, которая занимала целый день. Все ещё нужно пожимать руки, любезничать, и делать это так, чтобы не дискредитировать Кабинет. Если мне нужно было отправиться в поездку, то нам нужно было по пути распланировать встречи с важными людьми. Другое ограничение, которое у меня было, было больше фундаментальным. Я просто был более умеренным, чем то, чем становилась Республиканская Партия. Когда я купил свой пост вице-президента, Буш дал знать консерваторам, что я был подачкой для умеренных, и что я не был в самом деле одним из них, и он не обращал на меня никакого внимания. Ну, догадаетесь теперь – вот он я, во всей своей красе и в качестве президента Соединённых Штатов, и они застряли вместе со мной. Хоть я и снял нескольких неоконсерваторов с постов, финансовые круги мной не впечатлились. Они хотели низких налогов и меньшего регулирования, как им обещали Буш, Чейни и Роув, и за которые они заплатили! Когда им было сказано, что Демократы с ещё меньшей вероятностью к ним прислушаются, их это тоже не слишком обрадовало. Некоторые спонсоры урезали свои вложения, а некоторые просто вообще убрали свои кошельки. Парочка из них в любом случае вкладывалась в обе стороны, и Демократический Национальный Комитет получал неожиданные пожертвования. Я не знал, чем это обернется.
Между поступлением девочек в колледж и последним туром кампании 2002-го года, у нас была годовщина событий одиннадцатого сентября. Не считая неминуемых речей и дани событию, нас всерьез забеспокоило то, что какие-нибудь безумцы попробуют что-нибудь выкинуть. Отделения полиции по всей стране были в режиме повышенной готовности, и хоть мы никогда и не вводили эту глупую цветовую схему для уровней опасности, все знали, что, в потенциале, Аль-Каида или их друзья могли тоже что-нибудь сделать либо в поддержку первой бомбежки, либо в качестве мести за наш ответный удар. Я постоянно был на связи с Уинстоном Кридмором, и новым руководителем ФБР Робертом Мюллером. Если бы что-нибудь произошло, то это разрушило бы все, что я пытался построить. Ничего не случилось, но я все сутки был на нервах.
Выборы 2002-го года немногое изменили в Конгрессе. Республиканцы потеряли парочку мест, но у нас все ещё было небольшое численное превосходство. В Сенате было поинтереснее. Мы взяли ещё одно место, нарушив равенство, и взяв небольшое, но реальное большинство. Трент Лотт вернулся на пост лидера большинства, а Том Дэшл, соответственно, меньшинства. Гарри Рейд снова вернулся на пост организатора меньшинства. Что любопытно, Дон Никлс не был переизбран организатором Республиканцев, а выбрали Митча МакКоннелла. Но это было уже после выборов. В ночь выборов я был занят со списком имён, кому нужно было позвонить, по обеим сторонам, чтобы поздравить их с победой. Круг замкнулся. Ещё десять лет назад меня самого поздравлял Джордж Буш.
