– Да брось ты трусить. Хотя бы ради прикола.
– Мне и так было больно, я привязалась к нашему общению и тут такое наглое откровение. Нет, даже не уговаривай.
– Как знаешь. Решай сама, что тебе лучше.
– Будет лучше, если он и Марк оставят меня в покое.
– Да-а-а, подруга, умудрилась же ты обратить на себя внимание сразу двух породистых жеребцов. А любопытно на кого учится Моран?
– Насрать. Все закрыли тему. Не хочу больше их обсуждать.
– А что тот журналист? Ты встретишься с ним?
– Я еще не заходила в приложение. Что-то не хочется. Голова болит. Я промокла, пока добежала до дома.
– Смотри не заболей, скоро срез знаний.
– Да, я помню. Ладно, буду делать уроки, спишемся.
Я кладу телефон на подоконник и закрываю глаза. Ближе к ночи, нос отказывается дышать, следом за ним слезятся глаза. Все приехали. Я заболела. Добираюсь до аптечки. Всего один пакетик лекарства от простуды. Вместе с ним я пью таблетки и ложусь в кровать. Мне становится все хуже. Из носа потекли сопли. Я обмазываюсь ментолом и выключаюсь уже в девять вечера.
Меня будит Жаклин. Я же от слабости не могу встать.
– Что с тобой? Заболела?
Она трогает мой лоб.
– У тебя температура. Вызвать врача?
– Нет…
– У тебя есть лекарство?
У меня нет сил, даже ответить. Она проверяет мою аптечку и выходит из комнаты. Вскоре она возвращается со стаканом и таблетками.
– Это последнее. Нужно сходить в аптеку. У меня тоже все закончилось. Блин, ты нас так заразишь. Ивет! Сгоняй в аптеку.
– Что случилось?
– Софи заболела. Шуруй в аптеку быстро. Нам тоже нужно принять дозу и проветрить квартиру, иначе мы все поляжем.
– Черт, язык тебе надо отрезать.
– Давай двигай.
Девочки напомнили мне маму, они тряслись надо мной целый час, а когда мне чуточку стало легче, ушли на учебу. Я пишу Эмили, что заболела. Она ругает меня и обещает зайти после учебы. Я засыпаю с ощущением полного бессилия. Мне снится Раинер, что я пришла к нему в стоматологию и села в кресло, но вместо лечения, он больно меня целует, рвет платье, я борюсь с ним, умоляю не делать этого, он поднимает голову, но это уже не Раинер, а Марк. Он разрывает нижнее белье, я бью его по лицу и зову на помощь.
Меня будит Ивет.
– У тебя снова жар. Я вызвала врача. Нельзя заниматься самолечением.
Я киваю и прикрываю глаза. Что за сон такой. Это все мои переживания за последнее время. Я сглатываю слезы, а может простить?
Полностью оправиться я смогла только через четыре дня. Давно я так не болела. Я много пропустила, пока валялась в постели и теперь мне приходится наверстывать в ударном темпе и засиживаться в университете дольше остальных. Но если не девочки, и не их забота и внимание, неизвестно чем бы все закончилось. Мне хочется их как-то отблагодарить. Выходя из университета, я раздумываю над тем, что любит Ивет и Жаклин. Первая обожает пиццу четыре сыра, а вторая, сладкое. Я гляжу на двери кондитерской, перехожу дорогу и в магазине оглядываю пустые столики. Мне повезло. Нет этих придурков. Я наклоняюсь к прилавку и не знаю, что лучше выбрать. Хочется купить все, но за один вечер мы не съедим. Я останавливаю выбор на шоколадном тортике, но на глаза попадаются корзиночки с фруктами. Ох, какое разнообразие я не знаю, что лучше.
– Красотка, тебе помочь?
Я резко выпрямляюсь и оборачиваюсь. Марк улыбается. О нет, только не он. Сегодня он в костюме, подходит к прилавку и постукивает пальцами по стеклу, указывая как раз на корзинки.
– Они очень вкусные, свежий и нежный крем. Я сегодня их уже ел. Бери, не пожалеешь.
– Ты торговый агент?
Марк усмехается и заказывает четыре корзинки. Продавщица щипцами укладывает их в пластмассовый контейнер. Он расплачивается и протягивает их мне.
– Прими их с моим глубоким раскаянием.
Гордость и буйство нрава требует мне размазать пирожное по его физиономии, но я сглатываю это желание, руки сами тянутся. Я принимаю контейнер и смотрю на тортик. Марк прослеживает за моим взглядом, и вскоре я выхожу из кондитерской с двумя пакетами вкусняшек. Странное ощущение легкости.
– Тебя подвезти?
Я хмурюсь и замечаю через дорогу Раинера с девушкой. Я глотаю слова: «нет, не нужно я сама…». Опять эта боль растекается по руке и пробивает палец. В груди разгорается пожар. А я почти хотела его простить, еще думала, ему сегодня ответить. Двуличный мерзавец. Он не видит меня, девушка повисает у него на шее, черные волосы густой волной струятся по ее спине. Он обнимает ее за талию и поднимает голову.
– А почему бы и нет, – отвечаю я с натянутой улыбкой.
Марк опускает руку на поясницу и осторожно подталкивает к мерседесу. Он открывает для меня дверь, я бросаю короткий взгляд в сторону Раинера. Я успеваю заметить, как он спешит к машине. Я сажусь в салон, Марк прыгает за руль. В его машине пахнет ванилью с коньяком. Странное сочетание. Он резко срывает автомобиль с места. Я вскрикиваю от неожиданности и рукой ищу ремень.
– Мне еще нужно в аптеку.
– Без проблем. А ты что болеешь?
– Нет, уже выздоровела.
– Да? Что-то серьезное?
– Нет, обычная простуда.
– Ты меня прости за прошлые ошибки. Я был тогда пьян. Извини, трезвый я бы никогда, ну ты понимаешь.
