— Я понял, что не могу жить без тебя, когда увидел тебя в замке Джеймса, — сказал Камерон, глубоко вздохнув. — А что должен жениться на тебе — или, по крайней мере, пытался убедить тебя, что ты хочешь выйти за меня — понял в то утро, когда ты приехала со мной в мой замок.
Саншайн отстранилась и подняла на него потрясенный взгляд.
— Ты решил еще тогда? И ты не рассказывал мне до этого момента?
Он потянулся за полотенцем и вытер им ее лицо, а потом свое. — Разве я не говорил, что разлука с тобой убивает меня?
— Я не думала, что ты это имел в виду.
Он взял в ладони ее лицо и нежно поцеловал.
— Что еще я мог иметь в виду, любимая?
Ее глаза снова наполнились слезами.
— На самом деле, я не смела, и надеяться на что-то.
Камерон выдавил улыбку, но она определенно вышла жалкой.
— Миледи, я думал, что в другом времени просил тебя выйти за меня, верно?
— Ты не помнишь то псевдо — предложение.
Он улыбнулся.
— Может моя голова и не помнит, но мое сердце будет помнить всегда.
Сани глубоко вздохнула и посмотрела на него.
— Это все серьезно, Кам? Также серьезно, как считает Алекс? Камерон взял ее руки в свои и перевернул их.
— Достаточное доказательство?
— Нападение было случайным.
Камерон медленно покачал головой.
— Нет милая, — он осторожно поцеловал ее ладони и снова обнял ее. — Давай выйдем и послушаем, что у него для нас есть. Я добавлю кое-что, что сам он не обнаружил, и ты услышишь ужасно грязную историю, — он замолчал. — Саншайн, просто знай, что я хранил молчание, не потому что не доверял тебе, или потому что упертый. Я думал, что если ты ничего не будешь знать, то будешь бесполезной для тех, кто мог хотеть напасть на меня. — Он снова замолчал. — Я пытался защитить тебя.
— Ты и твоя средневековая чуткость.
Камерон улыбнулся.
— Да.
Девушка сжала губы.
— Жаль, что у меня не было хорошего секрета, чтобы скрывать его от тебя.
— Ты подумаешь над этим. И уверен в нем будет присутствовать лобелия. — Камерон посмотрел на нее с надеждой. — Наложишь епитимью?
Сани серьезно посмотрела на него.
— Я подумаю над этим.
— И ты выйдешь за меня?
— Это предложение?
— Здесь в туалете предложения не делаются.
Она потянулась и нежно поцеловала его. — Попроси меня попозже. Я хорошенько над ним подумаю.
Камерон притянул ее ближе, и был порядком благодарен, что ничто острое не вошло ему в живот, затем выпустил ее и развернул к двери. — Пойдем, пока они не подумали, что ты калечишь меня.
Сани улыбнулась ему, когда они вышли из ванной, той самой нерешительной улыбкой, что подарила ему утром, когда они шли к Патрику. Только на этот раз, он был намного ближе к тому, чтобы на законных основаниях наслаждаться ею.
Прогресс.
Он сел рядом с ней на диван и посмотрел на Александра.
— Извините. Теперь займемся делами?
Александр, очевидно, думал, что Камерон получил по заслугам, потому что его антипатия исчезла. Он практически улыбался.
— В начале виски, чтобы помочь придти в себя?
— С удовольствием выпью стаканчик, но буду жалеть об этом, мне нужна ясная голова. — Он глубоко вздохнул и взял руку Сани. — Мне делать заметки?
— Я — высококлассное вложение денег, — сказал Алекс с едва различимым намеком на самодовольную ухмылку. — Я напечатал кое-что на машинке.
Камерон посмотрел на Маргарет, когда Александр вышел за бумагами. — Как вы выносите его?
Она пожала плечами. — Мы встречаемся по расписанию через день или около того. Я ставлю его на место, и мы живем дальше.
Камерон почувствовал, как у него открылся рот. — По расписанию?
Маргарет ласково улыбнулась и стала обсуждать с Сани преимущества улаживания разногласий таким образом. Он смотрел на графиню Фолкенберг, одетую в джинсы и майку, и почему-то подозревал, что она могла быть старше, чем показалось на первый взгляд.
Камерон откинулся на спинку дивана и понадеялся, что из того что Алекс сегодня расскажет ему, дата рождения Маргарет будет самым шокирующим фактом.
Сани посмотрела вниз на квадратики брильянтов, которые искрились на ее пальце. Она удивилась, когда Камерон купил кольцо, и что заставило его выгравировать надпись, при взгляде на которую у нее каждый раз наворачивались слезы. Кольцо было истинно совершенным, но еще дороже его делал человек, который подарил его.
И не важно, что ее так и подмывало убить его.
Саншайн вздохнула, подтянула ноги на диван, и откинулась на спинку. Нет, на самом деле она не хотела его убивать. Все что она должна была сделать, это быстренько что-нибудь схватить, или бездумно свалиться на четвереньки, чтобы боль в руках и ногах напомнила ей, что существовали люди, которые охотились за Камероном, и что он не знал, кому они еще могут причинить вред. Камерон пытался обеспечить ее безопасность и в то же время быть с ней рядом. Не могла же она винить его в том, что он не может идеально уравновесить два своих желания.
Она бы предпочла думать, что он слишком на все реагировал, но не могла. Если ее руки и ноги не убедят ее, то Алекс буквально брызжел слюной, выкладывая все, что узнал.
