– На трубу не пробовали звонить? – спросил голос из динамика.
Фризе не успел ответить, как в динамике заклокотало, забулькало, и уже другой голос, красивый баритон, поинтересовался:
– Белая бээмвэшка ваша?
– Моя.
– Хорошая тачка. Заходите. Не объясняться же нам через дверь.
Уже не впервые Владимир убеждался в том, что в наше время человека встречают не по одежке, а по автомобилю. А провожают по часам. В общем-то, он и рассчитывал на это, когда покупал белую «красотку». Частный сыщик, раскатывающий на дорогой машине, по определению не может быть неудачником.
В будущем суши-баре не знали, что он частный сыщик. Но уважали хорошие автомобили.
Охранник, дежуривший в вестибюле, тощий парень с рассеянным, как у наркомана, взглядом, провел Фризе через огромную комнату – в ней не было никакой мебели, даже стула. Только на одной из стен висел яркий плакат: загорелые юноша и девушка стояли обнявшись возле автобуса с надписью «Тише едешь – больше увидишь». Охранник мимоходом сорвал плакат и бросил на пол. Потом постучал в обитую оливкового цвета кожей дверь и, не дожидаясь разрешения, открыл:
– К вам пришелец.
Из-за стола, который никак нельзя было бы назвать письменным, скорее уж обеденным или столом для пинг-понга, поднялся молодой, лет тридцати пяти, мужчина. Загорелый, в темных очках и с бритой головой. Рукава его белоснежной рубашки были закатаны до локтя.
«Ну просто один из персонажей поднадоевшего криминального сериала», – подумал сыщик.
«Персонаж» протянул Фризе руку и радушно представился:
– Борис.
– Владимир. – Такое свойское обращение избавляло сыщика от необходимости называть свою фамилию. Вдруг бритоголовому когда-нибудь попадалось на глаза объявление в газете: «Частный детектив Фризе предлагает услуги».
– Присаживайтесь. – Хозяин показал на обтянутое синим пластиком кресло с железными ножками. Такие в былые времена стояли в заводских клубах. И посчитал нужным объяснить: – Новую мебель привезут только к вечеру. А старую мы уступили за бесценок моему знакомому фирмачу.
– Вполне удобное кресло, – сказал Фризе. – Да и рассиживаться некогда.
– Вас мой охранник не обидел?
– Тем, что назвал пришельцем? Так я и есть пришелец.
– Он парень хороший, но со странностями. Бывший каратист. По-моему, обо что-то ударился головой. Иногда такое скажет… – Борис улыбнулся. – Черненький ко мне заходит, он объявляет: «К вам выходец с Кавказа». Кстати, а если женщина? Выходка?
– А черт ее знает!
– Давно брали? – Борис взглянул в окно. Фризе понял, что он имеет в виду его автомобиль.
– Год назад.
– Пятая серия?
– Да. Но без автоматики.
– Вот правильно! – обрадовался Борис. – С автоматической коробкой скоростей можно так залипнуть. У меня «ауди» с автоматом, так, поверите, трижды вызывал «ангелов». Один раз с полпути на Вологду. Немалые деньги, однако. – И без перехода спросил: – Август зачем понадобился? Уж не задолжал ли?
У хозяина суши-бара было удлиненное интеллигентное лицо, а за свойским тоном угадывалось лишь желание казаться общительным и контактным. И никакой пошлости. Зачем же он напялил на себя этот киношный, в самом уничижительном смысле этого понятия, образ? Чтобы казаться модным? Фризе вспомнил слова известного поэта, написанные в шестидесятых годах: «цвет общества божественно зарос…» Ныне цвет общества «божественно» обрит.
– Совсем наоборот, – с оттенком печали ответил Фризе. – Я ему должен. И немалую сумму.
– Тю… И вы беспокоитесь, как бы «тихоход» не слинял, оставив за вами должок? Так не бывает. – Борис хитро посмотрел на Владимира и добавил: – Если только должок не опасен для его здоровья.
– За здоровье Августу Николаевичу опасаться нечего. Я и правда собирался сегодня отдать ему долг. Вчера встретились, договорились обо всем. Он и словом не обмолвился, что ликвидирует дело.
Фризе секунду помолчал, надеясь, что собеседник приоткроет завесу над скоропалительной ликвидацией фирмы «тихохода». Это словечко сыщику понравилось – короткое и ясное определение того, чем занималась фирма Седикова-второго. Но Борис молчал, ждал, что расколется гость.
– Банкротство? – спросил Фризе.
– Не знаю.
– Если это так, денег, которые я собирался ему сегодня отдать, хватило бы на то, чтобы залатать любые прорехи.
– У-у-у! – восхищенно отозвался Борис.
– Ликвидировать фирму – нелегкое дело? Особенно за одну ночь. Автобусы, проданные путевки, договора с иностранными фирмами… Как вы считаете?
– А что автобусы? Август их арендовал. Если есть деньги заплатить неустойки, ликвидировать фирму – раз плюнуть. Туристов он, скорее всего, продал в другие фирмы. Помещение – мне.
– Как он вас так быстро нашел?
– Ему и искать не надо было. У меня рядом, стенка в стенку, – «Салон красоты». Видели?
– Угу.
– Я давно к Августу подкатывался – продай помещение. Удобно – пришла богатая телка в салон, а там очередь. Вместо того, чтобы уехать, она в суши-бар – сырой рыбки покушать. Август вчера в восемь вечера на меня вышел, спросил, не раздумал ли я покупать. Конечно, не раздумал. Утром помчался в банк, перевел ему, что запросил. Без базара.
