В результате падения у Ремизонова, оставшегося невредимым в воздухе, оказался разбитым правый коленный сустав. Открытый перелом надколенника сочетался с переломом бедренной кости немного выше поврежденной чашечки. На проникновение раны в полость коленного сустава с несомненностью указывало истечение суставной жидкости - синовии. Имелись, кроме того, множественные ушибы тела, ссадины лица.
В данном случае главная опасность заключалась в высокой восприимчивости поврежденного коленного сустава к инфекции, что не исключало в последующем крайне тяжелого осложнения - гнойного воспаления в суставе. А это, в свою очередь, не только могло привести к ампутации ноги, но угрожало и самой жизни пострадавшего. Повреждение коленного сустава усугублялось переломом бедра в нескольких сантиметрах от раны сустава. Это делало перелом бедра тоже осложненным: открытым, хотя отломки и не выпирали непосредственно в рану.
Чрезвычайно важно было с самого начала принимать меры к предупреждению гнойной инфекции. Одна из важнейших предупредительных мер в этом смысле надежная транспортная иммобилизация - шинирование на время эвакуации с места происшествия в госпиталь. Вероятно, это было особенно важно в то время. Ведь тогда еще не было антибиотиков. Я хорошо помнил о том, как рассказывал нам профессор П. А. Куприянов (в годы войны главный хирург Ленинградского фронта), что введение транспортной иммобилизации во время первой мировой войны снизило в английской армии .смертность при огнестрельных переломах бедра с 65 - 90 до 12 - 20 процентов. Резко уменьшилось и количество ампутаций. Вот что такое надежное шинирование при открытых повреждениях коленного сустава и открытых переломах бедра.
Иммобилизация имеет и другое значение. Обеспечивая покой, устраняя дальнейшее (вторичное) смещение костных отломков, она, как уже отмечалось в примере с летчиком П. Г. Богдановым, предупреждает последующую травматизацию ими мягких тканей, сосудов, нервов и тем уменьшает поток болевых импульсов в центральную нервную систему, предупреждает развитие травматического шока.
Надо сказать, в годы Отечественной войны советские врачи были надежно вооружены представлениями об эвакуации раненых с поля боя (места происшествия) как об одном из очень важных слагаемых единого целого - этапного лечения. Эвакуация по всем правилам рассматривалась в этом единстве как важнейшая профилактическая и лечебная мера, не допускавшая погрешностей и просчетов.
Быстро оценивая характер повреждений и общее тяжелое состояние летчика, мы старались действовать быстро, без суеты и согласованно. Пока я и подоспевшие на помощь боевые санитары накладывали повязки на раны и шину, сестра ввела морфий, кофеин и камфару. Манипулировала она четко, следуя строгим правилам асептики (стерильности), успевая вовремя отвернуться, чтобы не позволить непрошеной слезинке упасть на ампулу, повязку или шприц с иглой.
Мы воспользовались транспортной шиной нашего соотечественника М. М. Дитерихса. Это - две деревянные пластины: одна из них располагается от подмышки вдоль туловища по наружной стороне поврежденной ноги до пятки, другая - по внутренней поверхности. К стопе прибинтовывалась еще одна деревянная пластина в виде подошвы. Весь этот жесткий каркас закреплялся специальной закруткой, брезентовыми ремнями и марлевыми бинтами. Поврежденная нога обретала надежный покой на время пути.
Пострадавшего тепло укрыли, дали лечебную дозу алкоголя и, не теряя времени, отправились в Первый военно-морской госпиталь. Той стремительности в хирургическом вмешательстве, что у Брыжко, здесь не было. К моменту прибытия в госпиталь состояние летчика не ухудшилось, сказалась своевременная первая помощь и бережная эвакуация по всем правилам военно-полевой хирургии.
В моем присутствии, как бывало нередко, под местным новокаиновым обезболиванием хирурги сделали операцию на коленном суставе, зашили суставную сумку, оказавшуюся, к счастью, разорванной ограниченно. Чтобы придать оперированной ноге нужное покойное положение, обеспечить постепенное вправление сместившихся отломков бедра и не получить укорочения ноги, воспользовались наиболее щадящим и безотказным способом - скелетным вытяжением.
Как и рассчитывали, рана сустава зажила гладко. К концу второй недели и отломки бедренной кости оказались в правильном положении. Это хорошо показывал рентгеновский снимок. Для удержания их в достигнутом положении в течение пяти-шести недель - до момента образования костной мозоли - применили гипсовую повязку.
