Его деятельность была примером беззаветного служения врачебному долгу, науке, Родине и по достоинству оценена партией и правительством. В трудные блокадные дни Ленинграда, в 1943 году, он отмечен почетным званием заслуженного деятеля науки. Он удостоен воинского звания генерал-майора медицинской службы, награжден орденом Ленина, четырьмя орденами Красного Знамени, Отечественной войны I степени, Красной Звезды и медалями. Умер М. С. Лисицын 6 октября 1961 года, немного не дожив до своего семидесятилетия. Дело его продолжили ученики и последователи. Среди них и его сын, ныне главный хирург МО СССР, член-корреспондент АМН СССР, профессор, генерал-лейтенант медицинской службы К. М. Лисицын.
Читателю, познакомившемуся с флагманом балтийских хирургов блокадных ленинградских лет, вероятно, интересно узнать, как же проходил и чем закончился визит маститого профессора к тяжело пострадавшему в воздушном бою летчику-истребителю, помещенному на лечение в лазарет авиабазы.
М. С. Лисицын долго сидел у постели Меркулова, неторопливо вел с ним беседу. Выяснял жалобы, обстоятельства воздушного боя. К рассказу раненого М. С. Лисицын был предельно внимателен. Ведь от него во многом зависела оценка общего состояния и причин упадка настроения летчика, мучивших его ночных кошмаров.
Профессор справился у лечащего врача начальника лазарета Г. Е. Файнберга о кровяном давлении, анализе крови, температуре больного, изучил рентгеновские снимки, сделанные в двух проекциях, внимательно осмотрел поврежденную ногу. Пощупал пульс, измерил окружность обеих нижних конечностей на нескольких соответственно одинаковых уровнях. Кое-что уточнил у лечащего врача. Спросил меня, что заставило остановить выбор на лазарете. Конечно же, он и сам видел показания в пользу лазарета. Однако спросил, чтобы проэкзаменовать своего недавнего ученика, убедиться в его умении аргументировать свои выводы. Ответ одобрил. Своим вопросом ко мне М. С. Лисицын преследовал еще одну цель: он хотел, чтобы его положительное отношение к выбору стационара услышал пострадавший именно от него, главного хирурга КБФ, и тем помочь летчику перестать сомневаться, переключиться на положительные эмоции. Замысел Михаила Семеновича оправдался. Меркулов, услышав профессорскую оценку, заулыбался.
После некоторой паузы Михаил Семенович порекомендовал поврежденную голень фиксировать гипсом и уложить ногу в постели повыше. В первые дни имелся выраженный отек голени, и от гипса мы воздержались, по его мнению, правильно. Теперь можно. Отек почти исчез. Кровоизлияние рассасывается без осложнений. Назначил препараты, содействующие уравновешиванию возбуждения и торможения нервной системы, улучшающие сон.
Повязка была наложена под наблюдением профессора. На летчика это произвело сильное впечатление. Разумеется, не только повязка и рекомендованные лекарства, но и весь антураж встречи летчика и главного хирурга флота, его личное обаяние тоже имели немалое значение. Хорошо известно, что лекарство, рекомендованное врачом опытным, а потому и более авторитетным в глазах больного, действует более эффективно. Такова сила доверия, связанных с ним положительных эмоций. Они усиливают механизмы действия лекарств. В итоге, как мы и ожидали, моральное состояние раненого улучшилось. Летчиком овладела уверенность: хорошо, что согласился лечь в лазарет, все для него сделано правильно, он обязательно выздоровеет и вернется в строй.
М. С. Лисицын сделал обход всех раненых и больных, находившихся в лазарете. Для каждого у него нашлось ободряющее слово. Перед отъездом отметил положительное и высказал несколько замечаний по улучшению работы лазарета. Для врачей гарнизона прочитал лекцию по наиболее актуальным в те дни вопросам военно-полевой хирургии. Особо остановился на задачах догоспитального этапа лечения раненых. Как раз на тех вопросах, которые прямо касались нас, фронтовых авиационных медиков.
В. П. Меркулов выздоровел. Перелом хорошо зажил. Бесследно исчез и душевный надлом. Летчик вернулся к летной работе. Хранится у меня его фотография с автографом: "Василию Георгиевичу за нашу теплую товарищескую дружбу от В. П. Меркулова. 30.08.43 г. Отечественная война".
В День Красной Армии и Военно-Морского Флота, 23 февраля 1943 года, блестящую победу одержал Д. А. Кудымов. На И-16 он сбил ФВ-190. "Фоккер" упал на территории, не занятой врагом. На его борту насчитали 29 знаков побед, одержанных пиратом в воздушных боях во Франции, Испании, Польше, Норвегии. Однако мастерство нашего летчика оказалось выше.
В тот же день мы узнали о присвоении 22 февраля 1943 года звания Героя Советского Союза командиру полка подполковнику Якову Захаровичу Слепенкову. Эти приятные события дня, как и недавние победы Меркулова, Журавлева, Павла Ильича Павлова и других, радовали нас.
