Я могла это сделать. Абсолютно точно.
Искоса заметив какое-то движение, я поняла, что Иван тоже снял свой халат. Перед моим взором промелькнул кусочек обнаженной кожи, а затем мне протянули руку.
«Пора закончить начатое» — подумала я и повернулась к Ивану лицом. Затаив дыхание и вздернув брови перед тем, как встретиться с ним взглядом, я надеялась, что не покраснела, потому что это было бы очень унизительно.
— Вот черт, — услышала я бормотание Ивана себе под нос, и когда перевела взгляд на его лицо... то обнаружила, что он зажмурил свои глаза.
— Ну что опять? — сорвалась я.
— Ничего, — тут же ответил парень.
— В чем дело? — продолжала настаивать я, в попытке понять, почему его кожа стала еще бледнее... и почему он не смотрел на меня.
— Ни в чем, — произнес Луков своим обычным противным тоном. Затем покачал головой и сглотнул. — Давай уже побыстрее закончим.
— Побыстрее? — уточнила я, отчасти чувствуя себя оскорбленной. Возможно, он уже жалел о нашем разговоре. Ну, супер. — Ты же сам этого хотел, — напомнила я ему.
— Ну, а теперь начинаю думать, что это была хреновая затея, так что давай быстрее, — пробормотал Иван, все еще не открывая глаза.
— Ханжа, — прошептала я, не понимая, почему парень не мог смотреть хотя бы мне в лицо. Он вынуждал меня думать, будто со мной что-то не так.
Поэтому решила рассмотреть его тщательнее. Еще бы, он ведь находился прямо передо мой.
А затем вдруг снова начала жалеть о том, что согласилась.
Потому что тело Ивана…
Ох, черт…
Возможно, потому, что я была спортсменкой — плевать, что там думали всякие идиоты — и могла оценить, как выглядели атлеты мужского пола. Я никогда не являлась большой поклонницей мужчин-моделей с их идеально вылепленными крошечными мышцами, над которыми нужно было постоянно работать, уделяя внимание каждой из них. Мне больше нравилась грубая сила во всех ее проявлениях. Действительно нравилась.
Однако тело Ивана будто вылепил скульптор. Мускулы на плечах словно прочертили карандашом: крепкие и сухие предплечья и бицепсы. Следом шли твердые грудные мышцы и плоский живот с восемью маленькими кубиками. Мускулы на его бедрах были детально проработаны благодаря постоянным тренировкам с поддержками. А затем мой взгляд упал на лентовидные мышцы его бедер и икр.
Можно было не разглядывать задницу Ивана, чтобы догадаться, что та была накаченной и упругой.
И я бы нагло солгала, если бы утверждала, что не опустила взгляд на его гениталии, но, как и в моем случае, парень решил кое-что скрыть. Весь вид закрывала ткань бежевого цвета, похожая на носок, оставляя на показ лишь подстриженные волосы в паху.
Но я не собиралась наклоняться, чтобы разглядеть его яички.
Вновь оглядев Ивана, я едва удержалась от покачивания головой. Он действительно являлся совершенством. Клянусь.
Но я умерла бы прежде, чем озвучила свои мысли вслух, так что стоило перестать размышлять о его теле. Нужно покончить со всей этой хренью.
— Давай уже начнем, застенчивый мальчик. Пока твои яички не начали отступление, — сказала я ему.
Мои слова вынудили парня открыть глаза и взглянуть на меня, при этом он поморщился.
— Надеюсь, моя рука не соскользнет.
— А я надеюсь, что не потеряю равновесие, и моя нога не попадет тебе в за…
— Так, ладно! Давайте начнем, — крикнула тренер Ли. Можно было даже не смотреть на нее, чтобы понять, что женщина качает головой.
Я взглянула Ивану в глаза, стоя перед ним нагишом, и сказала:
— Ну что, «Носок». Давай сделаем это. И, может, все же попадем на обложку, — и, как ни странно, на меня не накатила тошнота или беспокойство.
Глава 11
Я должна была догадаться, что что-то случилось, когда вернулась вечером домой и нашла свою мать на кухне, стоящую рядом с тарелкой, наполненной едой и оставленной для меня на привычном месте за столом. Она не накрывала мне ужин уже много лет. Я даже не могла вспомнить, выставляла ли мама когда-нибудь тарелки с едой заранее... Возможно, только если Руби гостила у нас. И то, на столе обычно расставляли исключительно общие закуски. Мать любила повторять, что она нам не прислуга, и что мы должны быть благодарны ей уже за то, что она приготовила пищу.
Мне стоило понять, что что-то не так. Но я слишком устала после фотосессии, которая длилась все утро.
