- Люди пришли! Я не могу их разочаровать. Главное, чтобы микрофон работал…
Лисс наблюдала за происходящим из-за кулис со смесью эмоций. С одной стороны, Майкл очень мило улыбался пытавшимся вытирать сцену организаторам, показывая, что он находился в такой же ситуации, и это выглядело смешно, он больше катался по сцене, чем танцевал; с другой, певец постоянно поскальзывался, на ходу облегчал танцы и явно злился. Мало того, на Smooth criminal у Джексона сломался каблук, и он чуть не упал, лишь чудом удержавшись на ногах. Мужчина был невероятно зол.
- Еще немного, и мне пришлось бы третий раз оперировать нос! Что за страна такая?!
На следующий день дождь кончился. И они с Майклом поехали в детский дом для особенных детей, общение с которыми заметно подняло настроение певцу. Правда, на подаренную трехлитровую банку варенья, он смотрел чуть ли ни с ужасом. Лисс кусала изнутри щеки, чтобы не засмеяться в голос. Она забрала варенье у Майкла и сказала, что найдет, куда его приспособить.
- Это тебе еще соленые огурцы и кабачковую икру не подарили, - не унималась Лисс.
Казалось, Джексон расслабился, улетая из России. Но стоило им приземлиться в Тель-Авиве, оказалось, что Чандлеры подали гражданский иск на денежную компенсацию за растление. Джун, все это время стоявшая на защите Майкла, вдруг изменила свое мнение. Она сказала: раз Джордан говорит, что было, значит было. Майкл вновь перестал есть, и танцевал каким-то чудом. Ночами он писал песни, читал книги, но не спал. Лисс колебалась: дать ему успокоительное или нет. Сможет ли муж потом обойтись без них. Девушка решила действовать бабушкиными методами. Купила пустырника, валерианы и поила всем этим добром Майкла, удивлявшегося ее схемам лечения.
- Ты решила стать зельеваром?
- Если это поможет привести тебя в порядок, то да.
- Мне нехорошо. У меня болит голова. Я не хочу выступать.
Майклу совсем поплохело к октябрю. Он репетировал на автомате, падал без сил, стал выглядеть как-то неопрятно. Лисс сама садилась и расчесывала его кудри. Головные боли достигли предела, и ей просто пришлось ставить ему Кетопрофен, помогавший ненадолго. В эти часы без боли он, как ребенок тянулся к ней, обнимал, просил не бросать его и иногда плакал от страха. Юристы держали их в курсе событий, и девушка попросила все вопросы, где можно было обойтись без Майкла, решать с ней. Порой он просил жену «настроить» его на концерт, и разумеется, особого удовольствия секс ему не приносил. Состояние Джексона катилось в бездну, и Лисс поставила ему половинную дозу опиата. Майкл проспал всю ночь, на утро отказался от еды, не пил совсем, проскакал весь концерт, да еще и прижал к стене в гримерке жену, напугав ее. Мужчина заявлял, что давно так хорошо себя не чувствовал. На следующий день он лежал калачиком в номере не в силах даже на ноги встать.
- Так больше не может продолжаться, тебе надо в больницу!
- Ты же врач, лечи меня…
- У меня нет таких возможностей, прошу, ты умираешь.
Майкл, к изумлению Лисс, согласился. Турне было прервано в Мехико. Обеспокоенная состоянием МДжея, позвонила Лиз Тейлор, и они с женой Джексона договорились отвезти его в Лондон, подальше от американских журналистов, поливавших грязью всех и все. Очередная статья сообщала, что Майкл проводил много времени с Джун, чтобы добраться до Джордана. И никакого не смущало присутствие на всех снимках еще одного ребенка, но о Лили почему-то все забыли!
Персонал клиники в Лондоне оказался отличным, они приняли Лисс как коллегу и разрешили ей почти все время проводить с Майклом.
- У него обезвоживание и, похоже, нервный срыв. Если бы вы не пытались хоть как-то его образумить, он бы рухнул прямо на сцене, - сообщил доктор. – он не хочет, чтобы вы уходили.
- Я не уйду, я буду здесь с ним.
Ее тошнило от волнения, Лисс и сама чувствовала себя отвратительно, да и выглядела тоже. Юристы прислали ей письмо компании Pepsi, отказавшейся от сотрудничества с Майклом в связи с его обвинениями в растлении. Девушку стало рвать от напряжения. Почти как в сессию в медицинском. На одной койке капали Майкла, восстанавливая его пошатнувшееся здоровье, а на другой ее. Один диагноз на семью. Девушка ежедневно просила медиков обойтись без опиатов, что было почти невозможно, но с каждым днем дозы уменьшались. Певец держал ее за руку, и это придавало ему сил. Лисс еще никогда не видела его без макияжа так долго. Почти черные круги под глазами, острые скулы…
- Ты самое ценное, что у меня есть… - прошептал он, - я не могу даже к окну подойти и увидеть небо, луну, рассвет… но все звезды мира я вижу в твоих глазах…
Он уснул, а Лисс держала его за руку, прижавшись к ней губами. То ли еще будет.
Пресс-конференция август 1994 г
- Майкл, почему вы хотели изменить своей жене с другой женщиной? В прессе много писали о вас и Джун.
