Вадим обернулся спустя какое-то время, когда до знака с названием нашей деревни оставался метр.
– Это правда?
Его глаза прямо сияли. Сияли каким-то незнакомым блеском, от которого мои засияли в ответ.
– Правда, – улыбнулась я, побоявшись подойти ближе. – Ты мне понравился сразу.
– И хочешь сказать этот Эдик типа не твой парень? – Винник смотрел куда-то в пустоту.
– Хочу сказать, что не мой. Мы с Петровым друзья детства, также, как и с Мишкой, просто щас так получилось, что мы только вдвоём пошли в лес.
– Вау, ну ты даёшь, Ира, – засмеялся Вадим.
– В смысле?
– Всё своё детство проводила с пацанами.
– А я что виновата, что у меня с девчонками дружить не получается, – улыбнулась я со смущением, а он так смотрел на меня… – Почему ты так смотришь?
– Как?
– Как-то интересно…
– Как интересно?
– Объяснить не могу.
– А я не могу поверить…
– Во что?
– В то, что нравлюсь тебе.
– У тебя душевные стихи…
– А ты это откуда знаешь? – он сразу же убрал эту милую улыбку с лица и, скорее всего, испугался.
– Честно? Когда мы ехали в поезде, я увидела твою тетрадку… И… Подсмотрела, что там.
– Серьёзно? – удивился парень. – Ну ты и проныра, конечно, Лисицына. Я думал, ты вся такая скромная, в чужой карман не полезешь.
– Вадим, почему ты никому о своём хобби не рассказываешь?
– А зачем?
– Потому что так красиво писать – это прекрасно! Нужно куда-то это отправить. Давай ты поговоришь с издательством? Какие там сейчас популярные?
– Да зачем мне это всё, Ир? Я же для себя пишу, для души.
– А про кого ты пишешь? Ты в кого-то влюблён?
– Есть одна муза…
Вадим
Я чуть не выдал ей свой секрет, который почему-то сразу раскрывать не хотелось. Ира тоже мне нравилась, но я бы не хотел, чтобы она думала, что я просто проявил симпатию в ответ, чтобы её не обидеть. Мне кажется, я влюбился в неё давно, будто знал её уже с самых первых лет своей жизни. Но так боялся в этом признаться, почему-то…
В тот вечер мы прошатались по деревне ещё около часа, пока совсем не замёрзли. В полдесятого разошлись по домам. Я шёл, смотрел на свои следы и думал, как мне обо всём ей рассказать.
Завтра – тридцать первое декабря, не хотелось бы оставлять в прошедшем году какие-то тайны. Но и рассказать я тоже не решался. Что-то останавливало… А ведь она теперь думает, что её симпатия не взаимна. Не знаю, сколько я ещё смогу продержаться.
В двенадцать часов следующего дня я выложил новое стихотворение в свой блог, которое написал сегодня ночью.
Если Ирка обо всём знает, то она, наверняка, подписана на мой блог. А подписчиков у меня не так много, значит найти её профиль не составит труда. Если она, конечно, туда что-то выкладывает.
Узнал я её страничку по аватарке, на которой была изображена красивая девушка с выразительными чертами лица и длиннющими огненно-рыжими волосами, которые были ей по пояс. Там она искренне улыбалась, даже смеялась, радуясь жизни. Иру смело можно назвать жизнерадостным человеком, это видно сразу. Хотя… Встретив её в первый раз на вокзале, я так не подумал.
Профиль был закрыт. Но написано, что публикаций триста пятьдесят. Значит, фотографироваться это девчонка любит. И много. Даже у меня блог со стихотворениями, а публикаций всего сто с небольшим, в основном я всё выкладываю в истории. Там обычно люди активничают больше.
