Потом — когда после двух лет знакомства Елена наконец приняла его предложение и они расписались, — стали снимать захудалую квартирку в не самом благополучном районе города.
Убогое состояние дома и квартиры в частности, практическое отсутствие горячей воды, когда кипятильник был предметом чуть ли не первой важности… Соседи снизу — алкоголики, сверху — постоянно заливали их и без того жалкое подобие косметического ремонта да старую мебель. Соседка по лестничной клетке — сварливая старая бабка, уже обеими ногами в могиле, которая, не проходило и дня, чтобы кого-то да не прокляла. И такая же молодая пара. Разве что, с крикливым ребенком и постоянными ссорами на почве гуляющего тестостерона у главы семейства…
Валентин шумно вздохнул. Было несладко, однако они выбрались из этого дна. Именно благодаря поддержке друг друга. Опоре. Любви. Но кто же знал, что когда-нибудь и сам он окажется в таком же дерьме, как и та молодая соседка… Скажите ему об этом тогда, или хотя бы полгода назад — ни за что не поверил бы. Потому что шли года, но именно образ улыбчивой, симпатичной доброй девушки всплывал в первую очередь перед глазами, стоило вспомнить жену, и на душе разливалось тепло…
Мужчина вышел из автомобиля, пиликнул сигнализацией и вошел в кофейню. Несмотря на ранее утро, здесь, как всегда, царило оживление. Никакого вай-фая. Только тихая музыка фоном и живое общение. Пожалуй, это была вторая причина, почему мужчина любил здесь бывать.
— Здорово, Валь, — местный «старожил» бариста, знавший многих завсегдатаев в лицо, приветственно улыбнулся. — Тебе как обычно?
Валентин кивнул, все еще пребывая в задумчивом состоянии. Бариста же, видя его неопределенное состояние, деликатно молчал. И это сейчас было как нельзя кстати.
Валентин расплатился, забрал свой эспрессо и сел за любимый столик в углу зала.
Барабаня тихо пальцами по столу и прикидывая, как должен начать тяжелый разговор с женой, он даже не заметил, как вошел очередной посетитель. Только взгляд зацепился за горчичного цвета куртку за соседним столиком, вместо привычной в этот час синей.
Мужчина машинально посмотрел в сторону, где сидела вымученного вида, но тем не менее довольно симпатичная женщина лет тридцати.
Она расстегнула куртку, отбросила за спину привычным жестом темный локон, и… Их взгляды встретились.
Незнакомка смущенно потупила взгляд, принявшись гипнотизировать свою чашку. Валентин видел, как это нежное создание закусило в волнении губу, и в груди мужчины от чего-то тоскливо защемило.
«Нежная и хрупкая… Как когда-то… Нет. Она — не Лена. Такие как Лена не носят мешковатые свитеры. Они всегда при полном параде, а эта… Даже не накрашена… Черты милые… Да и не может человек с таким взглядом… предать, — он тихо выдохнул. — Видимо, мне просто суждено наступать дважды на одни и те же грабли. Но пусть бы и так. Не убудет наверняка».
Он сидел еще с полминуты, дыша в кулак. Мысли о незнакомке напротив сменялись обдумываниями событий последних недель и обратно… А потом он вдруг плюнул на все, решив, что или сейчас, или никогда: взял свой кофе и, не колеблясь больше ни секунды, пересел к незнакомке за столик.
— Простите мне мою наглость, — мужчина неловко улыбнулся, — вы не против, если составлю вам компанию?
Женщина поджала губы, скромно улыбнулась в ответ и кивнула легонько.
— Валентин, — он не сводил с нее заворожено-восхищенного взгляда.
— Любовь, — коротко отозвалась незнакомка, грея пальцы о чашку.
— Красивое имя… Любовь, — проговорил он задумчиво, наблюдая за ее действиями. — Валентин и Любовь. Февраль… Символично — не находите?
— У судьбы тоже есть чувство юмора, — Люба пожала плечами и глотнула обжигающе горячего напитка.
Случайный разговор с неожиданным собеседником, был сродни глотку свежего воздуха. И женщина не стала сопротивляться. В конце концов, каждый из нас хоть раз в жизни нуждался в небольшой передышке между будней рутинной реальности. У кого-то это измены, у кого-то — разговор по душам… Здесь же была спокойная, ни к чему не обязывающая беседа…
— Любовь, не примите за дерзость, но за этим столиком обычно с утра сидит… дама. Да, дама, — согласился вслух со своими мыслями и добавил: — в синей куртке.
Она улыбнулась:
— Тот пуховик облез и прохудился, почти уже не спасает в мороз.
— Так это вы… Простите, — он неловко кашлянул. — Надо же: я бываю здесь по утрам, уже довольно долгое время… На посетителей внимания не обращаю, но единственная изменившаяся деталь зацепила взгляд старого зануды, — тихо рассмеялся мужчина.
Фоном в этот момент звучала песня из известного советского фильма:
