«1. В течение 22–23 июня 1941 года возможно внезапное нападение немцев на фронтах ЛВО, ПрибОВО, ЗапОДО, КОВО, ОдОВО.

Нападение может начаться с провокационных действий.

2. Задача наших войск — не поддаваться ни на какие провокационные действия, могущие вызвать крупные осложнения. Одновременно войскам Ленинградского, Прибалтийского, Западного, Киевского и Одесского округов быть в полной боевой готовности встретить возможный внезапный удар немцев или их союзников.

Приказываю:

а) в течение ночи на 22 июня 1941 года скрытно занять огневые точки укрепленных районов на государственной границе;

б) перед рассветом 22 июня 1941 года рассредоточить по полевым аэродромам всю авиацию, в том числе и войсковую, тщательно ее замаскировать;

в) все части привести в боевую готовность. Войска держать рассредоточенно и замаскировать;

г) противоздушную оборону привести в боевую готовность без дополнительного подъема приписного состава. Подготовить все мероприятия по затемнению городов и объектов;

д) никаких других мероприятий без особого распоряжения не проводить.

Тимошенко, Жуков

21 июня 1941 года».

Анатолий Николаевич Михеев всю эту архитектонику подготовки войны знал, и каждый раз удивлялся при деловых встречах с наркомом обороны его опасной осторожности в деле повышения боеготовности войск. Он понимал, что большая политика довлеет над ним вместе с начальником Генштаба Жуковым.

Пройдет время, и тот, кто был особенно близок к Сталину в этот период, а им являлся В.М. Молотов, в семидесятых годах скажет:

«Мы знали, что война не за горами, что мы слабее Германии, что нам придется отступать. Весь вопрос был в том, куда нам придется отступать — до Смоленска или до Москвы, это перед войной мы обсуждали. Мы знали, что придется отступать, и нам нужно иметь как можно больше территории… Мы делали все, чтобы оттянуть войну. И нам это удалось — на год и десять месяцев. Хотелось бы, конечно, больше. Сталин еще перед войной считал, что только к 1943 году мы сможем встретить немца на равных…

Да к часу нападения никто не мог быть готовым, даже Господь Бог! — Мы ждали нападения, и у нас была главная цель: не дать повода Гитлеру для нападения. Он бы сказал: «Вот уже советские войска собираются на границе, они меня вынуждают действовать!»

Что можно сказать — Молотов преподал урок о том, что история должна писаться очевидцами, а потомки — извлекать из прошлого уроки. Сегодня обстановка в мире очень похожа на период «сороковых роковых». Мы все чаще ощущаем удары с широкомасштабной географией гибридной войны, в которой огромная роль отводится нужной противнику информации и действиям «пятой колонне» внутри страны. Поэтому военно-политическому руководству России внимательно следует присмотреться к решениям советского правительства по подготовке государства в особый период. Учиться на их недостатках, ошибках и заблуждениях. Нынче сдержанная разумная подготовка к возможным горячим событиям для нас более чем актуальна…

* * *

А в Киеве спустя несколько дней Якунчиков, вернувшись с Военного совета и проходя через помещение дежурного, дал ему команду:

— К четырнадцати срочно соберите весь личный состав в лекционном зале.

— Есть, — по-военному отчеканил дежурный, беря под козырек.

Перейти на страницу:

Все книги серии Мир шпионажа

Похожие книги