После этого пира жизнь Феспия и его соседей стала возвращаться в нормальное русло. Необходимости ежедневно охотиться больше не было. Все отдыхали от неожиданно выпавших на их долю изнурительных трудов. Геракл залечивал свои раны. Теперь утром можно было вставать несколько позже и, соответственно, позже ложиться спать. Телеф снова, как и раньше, стал разводить по вечерам открытый огонь у себя во дворе. Это было неотъемлемой частью его ритуалов: каждый день на алтаре должен был гореть хотя бы небольшой костер. Но в одну из ночей он решил развести костер побольше, ибо почувствовал, что именно в эту ночь к нему заявится Геракл, и нужно будет больше света. И действительно, едва только стало темнеть, Телеф услышал разговор приближающейся к его скромному уголку молодой пары.
– Ах, Геракл! Ну здравствуй! – поприветствовал его Телеф и пожал ему руку. Тем, кто приходил к нему с просьбой, он всегда пристально заглядывал в глаза, пытаясь понять истинное намерение человека. И хотя, Геракл и Эрато были приглашены им самим, он сделал по привычке то же самое. Геракл смотрел на Телефа своим обычным по-юношески восторженным взглядом. Рука его была холодна.
– Волнуешься? – спросил Телеф.
– Здравствуй, Телеф! Нет, с чего ты взял?
– Ну ладно, проходи, садись.
У костра Телеф заранее приготовил три большие колоды для гостей и для самого себя.
– Эрато, приветствую тебя, – сказал он, протянув ей руку. Улыбаться кому бы то ни было было против правил Телефа, но не улыбнуться такой молодой прелестнице было выше даже его, благословленных богами сил. «Ну что же, как чистая глиняная табличка. Это хорошо,» – подумал он.
– Привет, привет, – отвечала ему Эрато, протягивая руку в ответ. Ее рука была, напротив, несмотря на скрываемое волнение, горяча. – Я рассчитываю на то, Телеф, что ты не зря оторвал нас от любовного ложа, – строго и вместе с тем игриво продолжала она. Все трое рассмеялись.
– Надеюсь, что нет, – отвечал Телеф, – надеюсь, что то, что ты узнаешь этим вечером о своем супруге, только сильнее свяжет вас. Рад тебя видеть. Садись.
Телеф занял третью колоду и очень долго, слегка покачиваясь, просто смотрел на огонь. Молодые сначала тоже смотрели вместе с ним, потом начали недоуменно переглядываться: ради этого ли позвал их к себе прорицатель? Ощущение было такое, будто Телеф собирался с силами и никак не мог на что-то решиться.
– Телеф, ты хотел нам показать что-то, не так ли? – наконец спросил Геракл.
– Ах да, подождите немного, – ответил он, резко вставая и направляясь к стоявшему неподалеку жилищу. На пол пути Телеф вдруг остановился и снова заговорил с гостями: – Вы знаете, зачем я жгу костер каждый день? – спросил он. Они оба помотали головами в ответ. – Смотрите, – продолжал он, – языки пламени уносят наверх то, что мы сжигаем, и из этого боги творят нечто новое… А еще, с пламенем наверх лучше уходят и наши мольбы. Так что если хотите помолиться о чем-то в самом деле важном, лучше сделать это у огня.
Телеф удалился, а Геракл и Эрато, не размышляя, последовали совету старшего друга и принялись молиться каждый о своем.
– Геракл, о чем молишься ты? – шепотом спросила Эрато. Геракл тяжело вздохнул и повернулся к ней.
– Я молюсь о том, любимая, чтобы то, что мы узнали сегодня не разлучило нас с тобой. А ты?
– Мой любимый Геракл, – нежно проговорила она. – А я молюсь о том, чтобы это было добрым. Понимаешь, а вдруг ты и вправду сын бога? Тебе ведь тогда будет безумно трудно жить на земле. Я молюсь о том, чтобы тебе избежать трудностей.
– Ну что ты, Эрато…
– Ничего. Мой отец наверняка спрашивал Телефа, а он никогда не ошибается.
Пламя костра вдруг померкло на несколько мгновений. Лица влюбленных озарил другой, пришедший с неба свет, свет необычно яркой падающей звезды. Они едва лишь успели переглянуться, как сзади послышалось движение. Эрато обернулась первой.
– Ой, смотри… – не сдержавшись произнесла она. Геракл обернулся назад вслед за нею. Телеф выходил из дома, держа в руке топор. Он подошел к лежащему на земле длинному и толстому стволу спиленного дерева.
– Эрато, подойди ко мне, – подозвал девушку прорицатель. По телам обоих молодых супругов прошла дрожь.
– Что ты задумал, Телеф? – гневно сказал Геракл, поднимаясь с места.
– Успокойся Геракл, я позвал Эрато, а не тебя. Я не сделаю ей ничего плохого.
Эрато посмотрела на мужа. Тот кивком головы показал ей идти. Он рассчитывал, что сумеет защитить супругу если все же прорицатель решит покуситься на нее. Душа Эрато ушла в пятки.
– Смотрите, – заговорил Телеф, – этот дуб я спилил год назад, но только после того, как спилил, я почувствовал в нем магическую силу. И мне кажется, она до сих пор в нем пребывает. Теперь сделаем вот что. Эрато, возьми топор.
– Я…? – неуверенно спросила она.
– Да. Руби дуб. Так сильно, как сможешь.
– Но я не одета для работы, – отговаривалась Эрато, но Телеф настаивал:
– Это не важно. Руби что есть силы!
