В два прыжка я оказался у него за спиной и всадил меч ему в спину: туда, где, по моим расчётам, у него находились какие-то органы, вроде почек. Зверю это не понравилось. Он взвыл и резко обернулся. Ингрид не растерялась и воспользовалась возможностью, подскочив к нему сбоку и врезав топориком по черепу здоровяка. К счастью, череп у этого гигантопитека оказался не таким крепким, как казался. И он благополучно треснул пополам. Кажется, лезвие топора угодило по шву между какими-то составляющими его костями. Но зверь не рухнул замертво, как это можно было ожидать. Даже с вскрытой черепной коробкой он не собирался сдаваться. Ведь головной мозг, насколько я мог видеть, не пострадал, хотя и утратил защиту. И когда разозленный зверь обернулся к Ингрид и опять оказался спиной ко мне, я ударил острием меча через трещину в черепе. И, кажется, что-то там повредил. Так что гигантопитек выгнулся, зарычал и рухнул на спину, забившись в конвульсиях. Надеюсь, предсмертных.
Теперь у нас был численный перевес: мы втроём атаковали одного гиганта. Конечно, это ещё не значило, что соперник в безысходном положении. То, что соотношение боевых единиц «три к одному», ещё ни о чем не говорит. Это все равно, что идти «на одного медведя с двумя кулаками». Но, тем не менее, атакуя одновременно с трех сторон, мы сумели завалить и обезвредить зверя.
Оглянувшись по сторонам, я убедился, что и эту группу атакующих мы завалили. Что будет дальше? Что-то вроде Тиранозавра-Рекса или есть у них в запасе что-то ещё более убойное? На волне куража мы были готовы почти к любому повороту. Но, как выяснилось, не ко всему.
Летающие шары с камерами рванули куда-то в сторону. И на месте монолитных, на вид, скал открылись проходы. И оттуда вышли… я бы назвал их «гладиаторы». Во всяком случае, эти пятеро выглядели, как люди, с короткими мечами и прозрачными щитами, в закрытых круглых непрозрачных шлемах. Они выстроились в шеренгу и двинулись в нашу сторону, взяв оружие на изготовку. Летающие камеры нацелился на нашу группку. Ингрид двинулась к ним навстречу, подняв руки и разведя их в стороны. Но нападающих это не впечатлило. Как только она приблизилась к шеренге гладиаторов, один из бойцов коротким движением всадил меч ей в грудь, а затем перешагнул через упавшее тело. Джек что-то заорал и бросился к нему. Тот закрылся щитом (который оказался довольно прочным) и остановил удар копья. Его соседи тут же атаковали Джека с двух сторон. Джек, ловко работая копьем, ухитрился отбивать атаки и наносить удары. Один его выпад достиг цели и нападающий рухнул на траву, ухватившись за рану на животе. Но его напарник в тот же момент сумел достать Джека, ткнув его мечом в грудь. Ещё один удар мечом нанёс его напарник, с другой стороны. Так что Джек тоже выбыл из боя. Сражаться в одиночку против четырёх обученных воинов, у меня шансов не было. Но делать нечего, поэтому пришлось атаковать. Причём я бы не сказал, что эти ребята хорошо владели оружием. Ближайшему я ухитрился отрубить кисть вместе с мечом, а другого проткнуть, ухитрившись зайти сбоку. Но шансов, как я понял сразу, у меня не было. Я почувствовал, как меч чужого воина пробил мне спину и, кажется, поразил сердце. И я умер.
Глава 18