Поэтому я вернулся в комнату (оставив начавшую приходить в себя Белоснежку на попечение Джека) и, мельком глянул на валяющихся в отключке «правохранителей» со спущенными штанами и прижженными ранами между ног, на месте отсутствующих половых органов. И предложил двойняшкам собираться в дорогу. Если они, конечно, не планируют дождаться «коллег» этих придурков. А затем вышел в тамбур.
Простого взгляда в окно было достаточно, чтобы увидеть стоящий во дворе бочкообразный «транспорт». На котором, видимо, и прибыли трое охранников. Он представлял из себя нечто похожее на поставленный вертикально на три опоры цилиндр, или железнодорожную цистерну, с торчащими тут и там утолщениями. В верхней части было что-то вроде «стеклянной полусферы», а сзади (внизу) к корпусу было прикреплено три «сопла», похожих на «ракетные двигатели». Но не прямые, а изогнутые спиралью. И вдоль этой бочки жёлтым цветом была нанесена какая-то надпись. Но не краской, а как будто наплавкой какого-то желтого металла. Смотрелось солидно.
Я повернулся к стоящему тут же Айду (местному парню, которого заперли сюда за какие-то правонарушения) и задал интересующий меня вопрос: может ли он управлять подобным транспортом? Чуть поколебавшись, тот ответил в том смысле, что ничего сложного, в принципе, нет. Главное, знать куда двигаться дальше.
После этого мне пришлось обойти всех жителей корпуса, как мужского, так и женского (большинство и так не спало) и сообщить, что случилось ЧП. И что несколько человек (в том числе мы с Ингрид, Джек и двойняшки Айна и Элика) вынуждены удирать на челноке Службы Исполнения Наказаний. Желающие могут к нам присоединиться. Большинство заключённых решили остаться. С нами рискнули отправиться Айд (которого сюда заперли за какие-то махинации), и два крепких азиата, Йонг и Саран, которые оказались на «студии» за попытку вооружённого ограбления. Кроме того, в последний момент к нам решился присоединиться Кайран, о котором было мало что известного остальным обитателям нашего отряда. Но мы решили рискнуть и взять Кайрана с собой.
Честно говоря, я хорошо понимал тех, кто решил остаться. На самом деле, здесь хоть и приходится каждый день рисковать, и имелась опасность не только получить травму, но и тупо погибнуть, причём довольно неприятной смертью: от когтей и зубов самых разных тварей. Но здесь есть хоть какая-то стабильность: еда и место для отдыха, с неплохими бытовыми условиями. А вот что нас ждёт «на вольных хлебах» и будет ли там хоть минимум условий для выживания — хз.
Мне это чем-то напоминало времена позднего СССР, когда основным преимуществом наших граждан, по сравнению с «забугорными» считалась «уверенность в завтрашнем дне». В те времена даже цены на многие товары (которые сегодня могут ежедневно меняться) выштамповывались в металле на заводах.
Даже песня была в КСП о преимуществе Коровы из стойла перед Антилопой: «Пусть стойло моё небольшое, Солома в кормушке на дне, Пускай вечно доят, зато есть со мною Уверенность в завтрашнем дне!» Хотя многие считали, что в этой фразе слово «дне» происходит от слова «дно», а не «день».
Итак, мы всей командой вышли во дворик и двинулись к стоящему посреди спортплощадки кораблю. Странный штырь, найденный в вещах одного из нападающих, оказался ключом от шлюза. Стоило его приложить к выделенному сектору, как щёлкнул замок и выдвинулась короткая лесенка, типа трапа. Первым двинулся Джек, держа наготове короткое копье, типа Иклва, или короткого Ассегая. Это было его любимое оружие: на лёгком, но прочном древке (похожем на текстолит), крепится листовидное металлическое острие (оно же лезвие) длиной почти полметра. Иклва была больше всего похожа на длинный нож и им можно было даже работать в коридорах и переходах корабля, или кубриках и небольших помещениях. Более того, в отличие от моего любимого меча, этим дротиком можно было орудовать как одной, так и двумя руками. И наносить удары как лезвием, так и «пяткой», обитой металлом. А само древко было обвязано синтетическим тросом, чтобы не скользить в руках, даже если намокнет от крови — своей или врага. В общем, в свое время Зулусы придумали интересное и эффективное оружие, которое почти уравняло шансы африканцев в сражениях против белых, вооружённых огнестрелом. И помог белым победить в той войне только пулемёт Максим: вундервафля того времени, с заявленной скорострельностью 666 выстрелов в минуту.