Незаметно провела рукой по бедру вдавливая ткань в кожу, чтобы хоть не надолго избавится от противного желания провести со всей дури ногтями, и неожиданно встретилась взглядом со знакомыми карими глазами. Да ладно!? Как? Михаил тут же сделал вид, что сильно увлечен процессом фотосъемки молодых, выходило у него это плохо. Я упрямо сложила руки на груди и не отрываясь смотрела на этот спектакль. Михаил не имел никакого отношения ни к Диме, ни к его невесте. Это я знала точно от тогоже Естафьича, пока он убеждал меня взять Мишу с собой на это мероприятие. Так каким чудом он тут оказался? Ну Евстафьич…, ну друг… Плечи Михаила поникли, когда он понял, что просто так я от него не отстану и объяснений не избежать.
— Привет Саша, шикарно выглядишь, тебе очень идет этот цвет. — Глаза смотрели с щенячьей преданностью и немым укором “я же хороший” чего ты?
— Спасибо Миш. Какими судьбами? — Прозвучало не очень дружелюбно, парень тяжело вздохнул.
— Брат двоюродный дружит с Диминым другом. — Вымученная улыбка вызвала укол совести. Нет, это нужно прекращать! Так нельзя!
— Миш, давай начистоту, а? Я же все понимаю, и ты все понимаешь, ну зачем вот это все? Я не буду с тобой встречаться, ты замечательный человек, отличный друг, и все такое, но … я не давала поводов думать иначе, и настойчивость и терпение тут не помогут, прости Миш. — Парень кивал в такт словам, кончики его ушей розовели все больше. В груди разливалась адская смесь из раздражения, злости и досады. Настроение и так бывшее ниже плинтуса, упало окончательно. — Друзья? — я протянула ему руку. Через долгое мгновение он все-таки ответил на рукопожатие, задержав мою ладонь в своей и задумчиво поглаживая ее большим пальцем. — Миш?
— Прости Саш. Конечно. Друзья. — Я мысленно выдохнула, а молодой человек грустно улыбнулся в ответ. — Я постараюсь не попадаться тебе на глаза сегодня, на работе уж прости не получится. — Улыбнулась и сделала вид, что оценила шутку. Между нами повисла неловкая тишина. Моя рука по прежнему была зажата в его ладони. Я аккуратно попыталась высвободится, рывками освобождаясь из теплых пальцев. Так, всё! Последний рывок, свобода и печальные карие глаза. Ничего, переживет.
— хорошего вечера Миша. — Я стала активно искать взглядом куда-бы мне заныкаться на время фотосессии, чтобы потом по-быстрому поздравить молодых и свалить.
Но, видимо у судьбы сегодня на меня были особенные планы. Горячая волна окатила меня с ног до головы. С ленивой грацией обожравшегося тигра в нашу сторону шел Береговой. Костюм ему очень шел, небрежно расстегнутый ворот белоснежной рубашки и отсутствие галстука нисколько не портили картину и не уменьшали его солидности. Что-то в нем было такое… отчего всем сразу было понятно чьи в лесу шишки. Миша проследил за моим взглядом, сжался и быстро юркнул куда-то в сторону, мгновенно затерявшись среди гостей. Предатель!
Я была уверена, что бывший командир не придет. Наравне с легендами о покоренных женских сердцах, ну или телах, ходили россказни о его отношении к бракосочетаниям. И о том, с каким рвением он защищал мужскую независимость. И раз ему не удалось переубедить Димку ДО ЗАГСА, что он тут делает? Расстояние между нами катастрофически сокращалось. Ноги как-будто вросли в пол и пустили корни до самого первого этажа. Собственно бежать я никуда не собиралась, но собственная реакция на этого мужчину меня напрягала. После памятного вечера мы не виделись больше. Я не бегала, не пряталась, просто для себя решила, что эту страницу нужно перевернуть и начать все с чистого листа. А уж как оно получилось или не получилось, дело другое. И сейчас, глядя как отблескивают потолочные люстры в потемневших глазах моего бывшего командира, я отчетливо понимала, что нифига я ничего не перевернула… просто оставила открытой. Вздохнула. Два выяснения отношений за вечер да еще и на свадьбе может быть только у меня. А что без выяснения не обойдется было уже ясно.
— Что стоим Новикова? Меня ждешь?
Середина апреля выдалась неестественно теплой, даже жаркой. Солнце припекало как будто уже лето. Слабый ветерок приносил прохладу с реки и запах весны. Влажной земли и пробивающейся вовсю зелени. И хоть Петрович выдал мне все рыбацкие прибамбасы, рыбаком я себя не чувствовал ни разу.
Удочка лежала без дела, рядом с садком и складной табуреткой. Выбрал место чуть повыше от воды, в небольших зарослях какого-то кустарника и бросив на землю современный вариант ватника развалился с травинкой во рту, глядя в яркое голубое небо. Нормальных выходных давно не было и я с чувством набрал полные легкие воздуха.