— Мы были старыми друзьями. Я был совершенно потрясен, узнав о его смерти. Я пришел бы раньше, но уезжал. Вы не можете представить, до какой степени я вам сочувствую.
— Я прошу вас, не будем больше об этом, — Корина села. — Я никогда не оправлюсь от этого удара.
— Не надо так, — ласково проговорил Шерман. — В конце концов, ведь он не виноват. Я полагаю, вы знаете, что его брат был в курсе дел Роя?
Корина выпрямилась.
Взгляд Шермана устремился к бутылке.
— Могу попросить вас рюмку коньяка? Мне иногда в это время хочется немного хмельного. Вы не против?
— О, коньяк? Нет, пожалуйста, — она достала из бара непочатую бутылку.
Шерман взял с комода стакан. Тут только он сделал вид, что ее чашка пуста.
— Могу я вам налить, миссис Инглиш?
Корина заколебалась. Она не хотела, чтобы этот очаровательный молодой человек по, думал, будто она пьет одна, да еще в такую рань, но ей очень хотелось.
— Ну что ж, только чуть-чуть, — согласилась она. — Я что-то себя неважно чувствую.
— О, вы очень огорчаете меня, — сказал Шерман, наливая ей.
Корина жадно глотнула, не обратив внимания, что гость едва пригубил свой стакан.
— Мы говорили о Нике Инглише, — напомнила она. — Откуда вы знаете, что он был причиной смерти Роя?
— Рой мне это сказал, — ответил Шерман, садясь рядом с Кориной. Его рука коснулась бедра женщины. — О, простите, пожалуйста!
— Что же такое он сказал? — спросила она, сделав вид, что не заметила этого.
— Он говорил о деньгах. Вы, конечно, знаете?
— Каких деньгах?
— О двадцати тысячах долларов, оставленных вам мужем, — ответил Шерман, подняв брови. — Адвокат, вероятно, уже передал их вам?
Голубые глаза Корины широко раскрылись.
— Двадцать тысяч долларов? — повторила она. — Никогда не слышала о них.
— Но вы, без сомнения, что-то получили? Я прошу прощения за нескромность, но я лучший друг Роя и считаю своей обязанностью удостовериться, что его жена ни в чем не нуждается.
— О, спасибо, — проговорила Корина, заливаясь слезами. — Вы даже не представляете, как я одинока. Сэм Крайль был очень мил со мной, но он так занят! А потом, это не просто друг, это адвокат Роя.
— Он также адвокат Ника Инглиша, — сказал Шерман.
Корина напряглась.
— В самом деле? Я этого не знала. Но это не имеет значения, не правда ли? Он ему ничего не рассказывал, да?
— Он занимается бюджетом Инглиша. Это ни для кого не секрет. Он делает то, что требует Инглиш.
— О, — воскликнула Корина, краснея. — Но что я могу сделать? Если бы я знала, я бы не позволила ему переступать порог.
— Могу я узнать, на какие средства вы собираетесь жить? — Шерман наклонился к ней.
— Рой оставил мне пенсию. Двести долларов в неделю.
— И никогда не говорил об этих двадцати тысячах?
— Нет, я впервые слышу о них. О каких двадцати тысячах вы говорите?
— Вы, вероятно, знаете о Мэри Сьюит?
Корина отвела глаза.
— Да. Как Рой мог!
— Многие мужчины позволяют себе увлекаться женщинами без совести. У нее не было совести, миссис Инглиш Это продолжалось бы недолго. Он бы понял свою ошибку.
Корина положила ладонь на его руку.
— Спасибо, что вы сказали это. Я тоже так думала. Рой никогда бы не бросил меня. Я уверена, что он бы вернулся ко мне.
— Он вас не забыл. Он провернул одно дельце, которое принесло ему двадцать тысяч долларов. Он хотел отдать их вам, когда уедет с Мэри Сьюит.
— Рой заработал двадцать тысяч? Но это невозможно! Он ни разу не заработал даже гроша.
— Случай действительно невероятный, по правде говоря. Похоже, эту операцию наметил Ник Инглиш. Рой совершенно случайно пришел к этому клиенту, и тот перепутал его с Ником. Ник Инглиш так разозлился, что вызвал полицию. Они были уже на пороге, и Рой, охваченный паникой, застрелился.
— О, — Корина откинулась назад и закрыла глаза. — Вы говорите, что Ник хотел сдать полиции своего собственного брата?
— Боюсь, что так. Рой положил деньги в сейф, а ключ доверил Сэму Крайлю, который должен был отдать его вам. Поскольку адвокат не выполнил его волю, похоже, Ник Инглиш присвоил их.
Корина неожиданно выпрямилась. Глаза ее запылали гневом.
— Другими словами, он украл эти деньги?
Шерман пожал плечами.
— Боюсь, что так. Но ни вы, ни я не можем доказать, что деньги существовали.
Корина сделала большой глоток коньяка. Алкоголь, принятый еще до прихода Шермана, начал действовать. Она почувствовала себя отяжелевшей и готовой на все.
— Он так легко не избавится от меня! Я займусь этим негодяем! Я отомщу ему! — закричала она, вскочив на ноги.
— Я прекрасно понимаю ваше возмущение, но что вы можете? Этот тип очень влиятелен.
— Что-нибудь придумаю, — заверила Корина.
Неверными шагами она пересекла комнату, налила себе коньяка, пролив добрую толику его на ковер.
— Может быть, я смогу вам помочь? — спросил Шерман, вставая.
Она повернулась к нему:
— Вы думаете?
— Я не думаю, что можно получить обратно деньга, ко если вы хотите отомстить ему…
— Да, я хочу отомстить! Вы знаете, как это можно сделать?
— Да, но вам придется действовать. Вы знаете Джулию Клер?
— Нет, но я слышала о ней. Это его любовница, не так ли?
— Инглиш сильно увлечен ею. А я знаю, что она обманывает его с Гарри Винсом.
