Инглиш бросился на врага, прижал его к полу. С перекошенным от боли и бешенства лицом, Шерман успел снова поднять пистолет и пытался освободить правую руку. Но Инглиш держал его за запястье обеими руками, постепенно прижимая к металлической ограде палубы.
Шерман завопил — раскаленный металл впился в спину. Рука ослабла, пальцы разжались, и он вновь выронил оружие, на этот раз за борт.
Потом Инглиш попытался встать и на мгновение потерял сознание.
Он пришел в себя и увидел стоящего на коленях над ним Шермана, намеревавшегося вцепиться ему в горло. Инглиш ударил его кулаком по лицу и отбросил от себя, потом сам ухватился за поручни и, потеряв равновесие, свалился в бурлящие волны.
Холодная вода сразу привела его в чувство. Вынырнув на поверхность, он повернулся на спину.
Горевшая яхта, словно огромная лампа, освещала пенящееся море. Несколькими махами руте Инглиш отплыл от яхты и от жары, которую она излучала.
— Ник! — чья-то рука коснулась его плеча. Он повернул голову. Рядом с ним на воде держалась Лоис. Во второй руке она удерживала пояс с магнитофоном.
— О, любимый, ты ранен?
— Ничего, — ответил он. — Это пустяки.
— Что с Шерманом?
— Я думаю, он на борту.
Инглиш почувствовал, что силы покидают его. Ноги, словно тяжеленные гири, тянули вниз, и он уцепился за чемоданчик магнитофона, прикрепленный к спасательному поясу. Так было легче.
— Останься рядом, Лоис, — попросил он. — Из меня скоро вытечет вся кровь…
— Перевернись на спину. Я буду поддерживать тебя.
Переворачиваясь, он заметил Шермана, энергично плывшего к ним.
— Берегись! — закричал Инглиш, отталкивая Лоис от себя.
Рука Шермана схватила Инглиша за плечо.
— Мы утонем вместе, — пронзительно завопил он. — На этот раз тебе конец, Инглиш.
Ник пытался ударить его, но у него не хватило сил. Он не мог и оттолкнуть Шермана, почувствовав, как его пальцы скользят по горлу.
Они вместе погрузились в воду. Шерман ногами обхватил тело Инглиша, сжимая ему горло.
Лоис видела, как они оба исчезли под водой, и попыталась нырнуть, но пояс выталкивал ее на поверхность.
Она судорожно принялась развязывать узлы, чтобы освободиться от него, но шнурок разбух в воде и не поддавался.
— Ник! — закричала она, снова пытаясь нырнуть. И снова безуспешно.
Вода бурлила. Лоис разглядела обнявшихся мужчин, вынырнувших немного поодаль. Она видела, как рука Инглиша коснулась лица Шермана и как его пальцы вонзились ему в глаза. Потом море снова сомкнулось над ними.
Она ждала с бьющимся сердцем, умирая от страха и волнуясь за Инглиша, глядя на пузырьки воздуха, поднимавшиеся из глубины. Наконец они очередной раз показались на поверхности моря. Шерман, казалось, одержал верх. Его руки и ноги по-прежнему обвивались вокруг Инглиша, тщетно пытавшегося высвободиться.
Лоис поспешила к ним, надеясь помочь Нику, но опоздала. Они опять пропали под водой, когда Инглиш был от нее всего на вытянутую руку.
Потом, после ее долгого ожидания, показавшегося ей бесконечным, чье-то тело показалось на поверхности. Кто-то барахтался, похоже, инстинктивно стараясь удержаться на воде. Она подплыла и с облегчением всхлипнула — перед нею было лицо потерявшего сознание Инглиша.
Поддерживая его голову над водой, она подсунула под нее чемоданчик с магнитофоном.
Лоис все еще держала его над водой, когда четверть часа спустя их обнаружил Карр поблизости от еще пылавшего остова яхты.
На первом этаже нового госпиталя, ослепляющего своей белизной, Сэм Крайль нашел Инглиша на кровати у открытого окна.
Подле него на ночном столике лежали пачки писем и телеграмм.
Чик Эйган сидел в углу комнаты, агрессивно подняв подбородок и настороженно поглядывая вокруг. Никто из персонала госпиталя не мог сменить его. Вот уже три дня, как он находился здесь, с момента прибытия сюда Инглиша. И даже тот никак не мог освободиться от Чика.
— Ну, Ник, — сказал Крайль, подходя к кровати. — Как дела?
— Добрый день, Сэм. Возьми стул. Я чувствую себя уже хорошо. Моя рана почти зажила и ожоги зарубцевались. Я даже не понимаю, почему вокруг меня подняли такую возню.
Крайль наморщил лоб.
— Ты два дня находился в коматозном состоянии, и если выкарабкался из него, то только благодаря своему железному здоровью. Так, по крайней мере, сказал мне врач, — он бросил взгляд на Чика. — Эйган, оставьте нас. Со мной вы ничем не рискуете.
Чик насмешливо улыбнулся:
— Да? Посмотрите только, что с ним происходит, стоит мне отвернуться. Я отсюда никуда не двинусь. Больше никто не посмеет причинить ему зло, раз я могу этому помешать.
— Оставь его, — со смехом проговорил Инглиш. — Я пытался удалить его, но ничего не вышло. Что у тебя нового?
— Все идет хорошо, — заверил Крайль. — Магнитофон совершил чудо. Теперь тебе ни о чем не надо беспокоиться. Я даже не удивлюсь, если генеральный прокурор приедет, чтобы лично извиниться перед тобой.
— Не имею ни малейшего желания его видеть, — с гримасой отвращения ответил Инглиш. — А Шерман?
— Его тело нашли. Ты свернул ему шею, Ник.
