— Нет… Это ничего… Я… Я думала, что это Шерман вернулся. О, я так счастлива, что это вы, — в замешательстве проговорила она, немного отстраняясь. — Простите, что я так бросилась к вам, но я так боялась, я так…
— Моя дорогая, — начал Инглиш, но остановился, понимая, что сейчас не время говорить об этом.
— А кто-нибудь еще есть на борту? — спросил он.
Лоис задрожала.
— Есть. Пени, — она указала на другую каюту. — Я не посмела вернуться туда, я его оглушила.
— Вы его оглушили? А что произошло?
— Он хотел меня изнасиловать. Мне удалось вырваться, и я ударила его бутылкой по голове. Я… Я думала, что убила его.
Инглиш заметил, что она едва сдерживает слезы, и обнял ее за плечи.
— Все в порядке, дорогая, — успокаивал он. — Я увезу вас отсюда, — он повернулся к Карру. — Посмотрите, пожалуйста, что там с этим типом.
Карр зашел в каюту, а через минуту вернулся с сияющим лицом.
— Вот это да! — восхищенно сказал он, глядя на Лоис. — Здорово вы его тюкнули! Он жив, просто, похоже, череп треснул. Ничего, очухается.
— Я боялась, что убила, — жаловалась девушка. — Но он был так настойчив…
— Уходим, — позвал Инглиш. — Я отвезу вас домой.
— Нет, подождите, — Лоис взяла его за руку. — Это очень важно, Ник. В этой каюте есть кое-что, что мы должны забрать с собой.
— Ладно, ладно, — Инглиш повернулся к Карру. — Как вы думаете, можем мы перенести этого типа в лодку? Он мне очень нужен.
— Ну, конечно, — ответил тот, — положитесь на меня.
Инглиш последовал за Лоис в каюту, соседнюю с той, в которой она была заперта.
— Вот что я нашла, Ник, — сказала она, указывая на кожаный чемоданчик. — Это магнитофон. Мне кажется, Пени собирался прихватить Шермана. Он записывал свои разговоры с ним, и не только. Думаю, нам особенно пригодятся откровения Шермана. Вот, послушайте.
Она открыла чемоданчик и запустила ленту. Катушки пришли в движение, и голос Шермана зазвучал в каюте:
«Забавно, убийства нарастают, как снежный ком. Я не попал бы в такое гнусное положение, если бы этот слизняк не начал меня обманывать. Я не должен был приглашать его работать на меня. До того, как я нашел его, я имел солидное дело. Теперь, если я не буду осторожным, оно может пропасть. Мое дело приносило мне двести пятьдесят тысяч долларов в год, и я не хочу их лишиться. Я убил Роя Инглиша в приступе гнева. Было бы гораздо проще вышвырнуть его за дверь…»
Стоя бок о бок, они слушали спокойный, металлический голос Шермана. Наконец он сказал: «Я устроил так, чтобы он узнал о связи его любовницы с Гарри Винсом. Так как я не был уверен, что он их убьет, мне пришлось сделать это самому…» Инглиш обнял Лоис за плечи и прижал к себе.
— Вот, на этот раз мы спасены!
— Идемте отсюда, Ник, — Лоис нетерпеливо выключила магнитофон. — Мне хочется посмотреть на лица копов, когда они услышат это.
Инглиш, который подхватил чемоданчик, вдруг озабоченно посмотрел назад. Нахмурившись, удивленно произнес:
— Мне кажется, что я не закрывался, — он потрогал ручку. Затем начал дергать ее, толкать дверь и в конце концов отступил. — Странно, она заперта на ключ.
— О, Ник! — воскликнула Лоис в панике. — Вы думаете, он вернулся?
— Нет, нет, — ответил Инглиш. — Эй, Карр, отворите! Нас заперли.
— Ник, положите руку на стенку, можно подумать, что они включили мотор.
— Вы правы. Карр, может быть, решил отвезти судно на берег.
— Это не Карр. Это Шерман. Я уверена, — Лоис снова была готова заплакать.
Инглиш бросился к иллюминатору. Он увидел лодку, отчалившую от яхты.
— Так это он. Обрезал канат, удерживающий лодку, — сказал Инглиш, возвращаясь к Лоис. — Шерман на борту.
Он снова затряс дверь.
Вибрация сделалась сильнее, будто яхта набирала скорость.
— Он правит прямо в открытое море. Что теперь делать?
Инглиш смотрел на дверь.
— Она открывается наружу, эта проклятая дверь! Нам не сломать замок. Но мы должны выбраться отсюда, Лоис. Если бы я был вооружен.
— Стол! Мы можем воспользоваться им как тараном.
— Это идея! Попробуем. Давайте возьмем его с двух сторон. Раз, два, три!
Наконец они пробили дыру. Инглиш просунул в нее руку и повернул ключ. Дверь отворилась.
— Лоис, вы оставайтесь здесь, или, знаете, лучше запритесь в другой каюте. Возьмите с собой магнитофон. Нам ни в коем случае нельзя потерять его. Я же посмотрю, что происходит.
— Нет, я прошу вас, Ник, не оставляйте меня. Если с вами что-нибудь случится…
— Я буду очень осторожен. Идите и ждите меня. — Он взял магнитофон и вытолкнул Лоис в коридор. — Обо мне не беспокойтесь.
Прежде чем она успела произнести слово, он сунул ей в руки чемодан и направился к лестнице.
Лоис смотрела ему вслед, и лицо ее было застывшим.
Инглиш поднимался по лестнице, напряженно вслушиваясь, но ничего, кроме шума мотора и плеска волн о борт яхты, не уловил.
Дойдя до конца лестницы, он взглянул на палубу. И она, и мостик были пусты. Шерман, вероятно, закрепил руль и спрятался где-то в углу. Вдруг в тени надстройки мелькнула чья-то фигура. Инглиш быстро пригнулся.
Голос Шермана из темноты прозвучал насмешливо:
— Добрый вечер, Инглиш! Я вас предупреждаю, я вооружен.
