Бесшумно проскочив в дамский туалет, Анита заперлась в одной из кабинок и приготовилась ждать. Анита не хотела подниматься в апартаменты Уорентонов, так как опасалась, что там ее может поджидать полиция. В туалете она собиралась просидеть до половины первого, а потом открыть служебный вход Мануэлю и Фуентесу.
Поразмыслив, Анита пришла к выводу, что полиция будет ждать ее в кабинете Прескотта. В отеле «Спаниш-бей» не допустят, чтобы по коридорам шныряли копы. Богатым постояльцам это не понравилось бы.
Мысли Аниты переключились на любимого Педро. Как было хорошо, если бы они вместе уже плыли в Гавану! Анита желала обнять и утешить мужа. Она была уверена, что сумеет поставить его на ноги. Она бы работала на ферме сахарного тростника, зарабатывала деньги, а Педро лежал бы в доме отца. Выздоровев, он помогал бы ей.
Анита встала на колени и принялась молиться, чтобы поскорее оказаться вместе с Педро. Пока она молилась, Педро Цертис скончался.
Брейди, Мэгги и Беннон сидели в коттедже и обсуждали детали предстоящей операции. Брейди сказал, что имел разговор с шефом.
— У нас заберут драгоценности, после чего вы оба, — он кивнул на Мэгги и на Майка, — получите свои доллары. Возможно, придется подождать два дня.
Беннон с облегчением вздохнул.
— Это приятное сообщение, — сказал он.
Мэгги погладила его руку:
— Я рада за тебя, Майк. Надеюсь, твоей дочери будет хорошо.
Беннон принял три обезболивающие таблетки. Боль не донимала его, но чувствовал он себя все равно неважно. Движения стали какими-то вялыми, скованными, лишенными гибкости. У Майка появилось ощущение, что он умрет гораздо раньше, чем рассчитывал.
— Майк, я загримирую вас так, что родная мама не узнает. Помните, что, когда мы спустимся на террасу, в апартаментах могут оказаться Уорентоны. Вы должны будете усыпить их. Если там еще кто-нибудь будет, необходимо и его усыпить. Итак, около двух часов ночи мы войдем в отель. На нас никто не обратит внимания. Да, Майк, не забудьте, что, когда будете стрелять, попасть надо в шею, руку или лицо. Вся операция должна занять не больше сорока минут. Потом мы передадим драгоценности человеку, которого пришлет шеф, и еще два дня проживем в коттедже. Вы получите свои деньги, после чего мы расстанемся.
Беннон кивнул:
— Можете на меня положиться.
— Я знаю это. Понимаю, что означает для вас это дело.
Брейди обратился к Мэгги:
— Ты, дорогая, знаешь, что должна делать. У тебя будет свободен весь вечер, после того как ты сходишь в ресторан и предупредишь метрдотеля, что я плохо себя чувствую и не буду ужинать.
— О, ты себя плохо чувствуешь? — забеспокоилась Мэгги.
— Это ты так скажешь! — рассвирепел Брейди. — Я чувствую себя прекрасно! Когда полиция начнет расследование, я должен иметь алиби! Метрдотель должен знать, что я весь вечер провел в постели! Понятно?
Мэгги улыбнулась:
— Ты здорово все придумал. Я поначалу испугалась…
— Ладно, ладно, — перебил ее Брейди. — Когда будешь в ресторане, посмотри, ужинают ли там Уорентоны. Постарайся разузнать, не собираются ли они куда-нибудь после ужина.
— Я все поняла, дорогой. — Мэгги замялась. — А… мне можно поужинать в ресторане?
— Пожалуйста! Можешь там хоть лопнуть от обжорства!
Мэгги радостно взвизгнула.
Беннон в это время думал о своей дочери. С того момента как он приехал в Парадиз-Сити, он дважды звонил в детский приют. Старшая медсестра сообщила ему, что Крисси чувствует себя хорошо, не скучает, но часто спрашивает, когда вновь увидит его. Майк сказал, что скоро приедет, и медсестра обещала передать это Крисси.
Через полчаса Мэгги, одев свое лучшее платье, отправилась в отель. В стороне от толпы она заметила Джоса Прескотта; с мрачным видом он сидел в кресле. Одарив его лучезарной улыбкой, Мэгги вошла в ресторан.
Метрдотель сразу направился к ней. Стареющие мужчины, перестав жевать, провожали Мэгги взглядами, в которых читалось лишь одно желание: стать лет на двадцать моложе.
— Добрый вечер, мисс, — приветствовал ее метрдотель. — Мистер Ванце не с вами?
— Бедный старик себя неважно чувствует, — озабоченно произнесла Мэгги. — Порой у него бывают обострения хронической болезни… Он настоял на том, чтобы я поужинала одна. Мистер Ванце так добр ко мне.
— Позвольте, я пришлю ему ужин в коттедж? — спросил метрдотель, провожая Мэгги к столику.
Увидев в холле Марию и Уилбура Уорентонов, Мэгги остановилась. Джос Прескотт мгновенно направился к молодой чете. На шее Марии Мэгги заметила бриллианты. Потом Уорентоны и Прескотт исчезли из поля зрения.
— Позвольте, я пошлю ужин мистеру Ванце? — снова спросил метрдотель.
— Нет, благодарю вас. Мистер Ванце уснул. Я дала ему успокоительное. — Мэгги села за стол. — Это были миссис и мистер Уорентоны?
— Да. Они проводят сегодняшний вечер в казино, — ответил метрдотель, предлагая ей меню. — Могу я порекомендовать вам что-нибудь на ужин?
Метрдотель считал эту медсестру самой очаровательной женщиной, которая когда-либо появлялась в отеле.
Мэгги, подняв на него огромные глаза, прошептала:
— Да, прошу вас. Я страшно голодна.
