Мария Уорентон, войдя с мужем в ресторан казино, произвела там сенсацию. В сопровождении метрдотеля они направились по красной дорожке к лучшему столику.
Богатые посетители уже ужинали. Обычно все спешили побыстрее покончить с ужином и приступить к игре. Но сегодня рулетку затмил блеск камушков. Многие впервые так близко увидели бриллианты Уорентонов. Мужчины сначала внимательно рассмотрели Марию, затем уже — бриллианты. Глаза женщин были прикованы к драгоценностям и больше ничего не видели.
Заказывая ужин, Мария всегда была очень придирчива и даже капризна. Уилбур, довольствовавшийся бифштексом, еле сдерживался, слушая, как его жена требует от метрдотеля разъяснений по каждой мелочи. Увидев, что все женщины в ресторане наблюдают за ней, Мария изощрялась как могла.
«В конце концов у нас медовый месяц, — думал Уилбур. — Пусть забавляется. Только бы она не вела себя подобным образом, когда вернемся домой».
Джос Прескотт, переговорив с детективом казино и убедившись, что тот присмотрит за Уорентонами, а затем проводит их в отель, решил, что его миссия окончена. Покинув казино, он взял такси и мысленно был уже с Мэгги. Они должны были встретиться через пять часов. Пять долгих часов!
Джос был настолько занят мыслями о Мэгги, что совсем позабыл об Аните. Он не вспомнил о ней даже тогда, когда делал обход отеля. То и дело глядя на часы, Прескотт думал о том, как будет лежать с Мэгги на мягкой траве, скрытый густыми кустами…
Достав из пакета два револьвера 38-го калибра, Мануэль положил их на стол.
— Пора. Будь осторожен с оружием. — Он протянул один револьвер Фуентесу. — Помни, никакой стрельбы! Полиция не должна вмешиваться. — Он выдержал паузу и спросил: — Ты меня понял? Стреляем только в том случае, если не остается ни единого шанса на успех.
— Я понял. — Фуентес взял револьвер и облизнул пересохшие губы.
— Первые несколько дней старый Уорентон будет собирать деньги, — сказал Мануэль. — Мне придется нажимать на Дюлона. Думаю, хозяин отеля согласится кормить нас. Будем дежурить по очереди. Уорентонов свяжем. Аниту тоже свяжем и заклеим ей рот. Нелегко, приятель, но пять миллионов долларов того стоят.
— Один миллион мне, четыре тебе, — уточнил Фуентес.
— Да, ты прав, — улыбнулся Мануэль, но Фуентес заметил, что его черные глазки-маслины смотрят недружелюбно.
— Если мы будем несколько дней сидеть в отеле, заложникам тоже потребуется еда. И туалет.
— Отель предоставит им еду, — сказал Мануэль. — А туалет есть в апартаментах.
— Когда Анита придет в себя, она станет опасной. Может, не будем ее развязывать?
— Не забивай себе голову этими мелочами. Предоставь мне это решить.
Фуентес пожал плечами:
— Анита опасна.
Мануэль снова улыбнулся:
— А я еще опаснее, друг мой.
Они посмотрели друг на друга, и Фуентес почувствовал, как по его взмокшей спине побежали мурашки.
Раздался телефонный звонок, заставивший обоих вздрогнуть.
Мануэль подошел, снял трубку.
— Торес слушает, — сказал он.
Фуентес поглаживал револьвер, думая, что скоро навсегда расстанется с Мануэлем. Холод металла придавал Фуентесу уверенность.
Наконец Мануэль сказал:
— Спасибо, друг. Я не забуду о тебе. — Он повесил трубку и улыбнулся Фуентесу. — Многие проблемы решаются сами по себе. С Анитой у нас не будет хлопот. Мой друг из больницы сказал мне, что Педро умер.
— Умер? — Лицо Фуентеса просветлело. — Это хорошая новость!
Мануэль наблюдал за ним.
— Если Анита узнает, она может не впустить нас, — сказал Фуентес.
— Она не узнает, — ответил Мануэль. — Она сейчас сидит в отеле и ждет нас. Когда она проведет нас в апартаменты, я скажу ей, что у Педро был приступ и он умер. Анита ничего не сможет сделать. Полиция ее разыскивает. Она будет с нами. Я пообещаю ей немного денег.
— Она может подумать, что ты обманываешь ее, — забеспокоился Фуентес. — Если она не поверит, что Педро умер, то станет очень опасной.
Мануэль подошел к шкафчику, достал оттуда маленький транзисторный приемник и сунул его себе в карман.
— Я даже не буду ей говорить об этом. Сообщение будет передано в новостях. Мы с тобой сделаем вид, будто услышали об этом впервые.
В другой карман Мануэль высыпал горсть патронов.
— Если у нее начнется истерика, я оглушу ее. Нам должно повезти, друг мой. А теперь пора ехать в отель.
Мануэль и Фуентес спустились по трапу и, миновав территорию порта, подошли к машине.
— Все идет замечательно, — сказал Мануэль, управляя автомобилем. — Скоро мы с тобой станем миллионерами.
По пути в отель Фуентес то и дело ощупывал рукоять своего револьвера.
