Рассматривая на ходу необычные строения, у меня возникло вдруг желание пройти по каменной аллее, тянущейся от шара. Я быстро отмел его, мотнув головой. Будто наваждение манящее. Это же самое прекрасное место, чтоб вырасти какой-нибудь аномалии! Хотя, зная Азраила, он способен наоборот подложить некую дрянь на чистом участке. Но детекторы пока молчали, а Волков двигался медленно и уверенно к самому центру Генераторов. Следуя строго за ведущим, я с Багирой любопытно задрал головы, рассматривая широкую арку вспученной земли. Удивительно красивый по-своему и пугающий вид. Если мне крупно повезёт, и я выберусь из «Клетки», то мало кто поверит моим россказням. Так обычно было со всеми путешественниками в пространственные аномалии. И я сам всему не верил…
Брошенный долговцем камушек пролетел с метр, спокойно тюкнулся о землю. Осторожно дойдя до него, Волков подобрал гальку, метнул вперед, ближе к себе. С глухим хлопком она ударилась о невидимую преграду, отскочила от неё. По воздуху расплылись разводы как по потревоженной воде. Еще одна аномалия. Приглядевшись внимательнее, я смог рассмотреть ловушку — висящий в воздухе тонкий прозрачный квадрат. Как если бы над землёй повесили слегка замутнённое стекло на невидимые нити.
— А, «Рентген», — я оценивающе хмыкнул. — Знаю эту хрень! Натягивает на себя и сразу до костей разъедает. Близко лучше не подходить.
Поежившись, Багира сделал короткой шаг в бок. Налетевший не вовремя холодный порыв ветра оживил «Рентген». Повернулся плавно боком, став практически невидимым. К нам не поплыл, крутился на одном месте. Насколько я знаю, эта аномалия не меняет своего положения, а как «Карусель» к себе тянет силой. Качнув недовольно головой, Волков продолжил осторожное движение, поманив нас за собой коротким взмахом руки.
Наконец, поравнялись с первым генератором. Огромным, круглым, величественным, приковывающим к себе всё внимание не хуже каменных хребтов. Оторвав взгляд от шара, я повернулся к сердцу Генераторов — торчащей на взгорке, как вонзенная стрела, высокой антенне. Окруженной забором сеткой, от неё исходили провода к многочисленным столбикам на поле — другим антеннам. По проводам бегали крохотные разряды «Электр», задорно пощелкивая. И, если помнить слова Азраила: «Дубликат» должен быть в самом центре. Значит, подойти нужно именно к главной антенне. Сердце взволнованно застучало в груди. Хотелось скорее добраться до центра, схватить главный приз, но здравый разум кричал быть начеку. Опасность вокруг! Тишина еще не значит, что здесь никого нет! Мы переглянулись молча между собой, понимая, что стоим на пороге к финалу. Последний рывок и всё!..
Земля плавно поднималась в невысокую горку, забор-сетка местами сгнил, а в одном месте вообще порвался, так что пройти к главной антенне не составляет труда. Воздух пах обманчивой свежестью благодаря «Электрам». Они трещали по обе стороны, вгоняя детекторы аномалий в настоящий припадок и только мешали, сбивали внимание. Капитан «Долга» наугад нащупал детектор на поясе, отключил его. Решил довериться своему чутью, а не электронике. Свой я пока помедлил вырубать. Пускай орёт, не жалко!
Волков остановил нас, дойдя до второго ряда столбиков. Поднял руку, замерев, словно мой Саян, почуяв что-то интересное. По голому блестящему затылку пробежала капелька пота, спрятавшись за ворот чёрной куртки. Медленно он опустил руку, и я осмелился сделать пару осторожных шагов вперед. Поравнявшись с Волковым, я пошарил глазами, надеясь увидеть то, что так взбудоражило долговца. И тут моё сердце ощутимо ударилось о грудь. У подножия антенны-стрелы сиял, переливаясь всеми цветами радуги, полупрозрачный кристалл. Вертелся, играя гранями, перекувырнулся через себя. Вдруг съежился, став идеально круглым, и выпучил в стороны острые иголки. Прозвучало тихое журчание как от молодого ручейка в лесу.
— Вот оно, — вслух пробормотал я, чувствуя, как губы сами растягиваются в торжествующей улыбке. — «Дубликат»!
Не мешкая, я первым стряхнул с себя вещмешок, положил у ног. Рядом свою ношу бухнул Багира, затем Волков. Втроем, не сговариваясь, мы торопливо и хаотично начали пихать провизию в рюкзак долговца, как и договаривались на барже. Я случайно смял пачку таблеток обезболивающего, пихая внутрь банку тушенки. Чуть не столкнулся головой с Витей. От волнения и спешки взмокли ладони, сердце готово было выскочить из груди. Рюкзак в итоге надулся так, что молния не хотела застёгиваться. Плотная ткань затрещала от натуги. Пришлось нещадно надавить, комкая эту груду вещей. Что-то жалобно хрустнуло внутри, сломалось! Всё же удалось застегнуть молнию, но не до конца. Хотя бы не вывалится ничего наружу. Взяв одну лямку, долговец поволок рюкзак прямо так, по земле, к «Дубликату». Сделав всего три шага к аномалии, он отчего-то встал как вкопанный. Оглянулся направо, показав напряжённое лицо.
