Мы не могли бросить в Трубеже хорошо зарекомендовавшие себя имперские БТР, отчасти заменив имеющиеся у нас БТР-80. Местные армейцы прихватили два танка со 152 -миллиметровыми пушками, поступили на склад они перед самой перезагрузкой и ещё стояли на телегах, которые тянули грузовики. У нас был единственный иммунный танкист. Стинг не доверяя никому окрестил офицера Башней и поручил в ближайшее время поднатаскать сразу два экипажа. Это всё делало из нашей дикой ватаги, ещё недавно лихо мчащейся по кластерам, медленно тянущуюся гусеницу.
- Но какова мощь, стронги должны от зависти лопнуть.
20 бронированных машин, автобус, наскоро обваренный листами железа и завешенный бронежилетами, два танка на тягачах, получалось 23 коробочки, и они растянулись на сотню метров. 74 человека личного состава. Большая часть легкораненых уже полностью оклемалась и готова была выполнять боевую задачу, а в особенности взяться за обучение девушек новичков. Даже Муха усилился двумя помощницами и кучей намарадёренных дронов. Всё это требовало другого подхода к организации, даже живчика теперь уходило в каких-то немыслимых количествах.
- Мощь – сказал Стинг глядя на выползающую из города колонну.
- Да… – подтвердил Сотник.
****
Стаб Варяг.
Крапива устал ждать и больше того обнаглел.
- Кто бы знал, что внешники окажутся таким беззубыми – размышлял гордый собой главарь Бубновых.
Недавно он самолично придумал гениальную вещ. Его бойцы хватали всех людей подряд в свеже перезагрузившейся деревушке и гнали их по дороге к цитадели внешников. Сами муры расположились в паре километрах от ворот стаба. Три пулемётных расчёта делали сразу два дела одновременно, выстрелами по верх голов и в спину особо противящемся, гнали пленников вперёд, на автоматические турели и не давали пополнять таящий БК защитникам стаба.
Покемон и Пикачу уже дурели от криков мирняка, женских и детских в особенности, но сделать ничего не могли.
Крапива, ждал, совсем скоро он подойдёт ближе, заложит мощный фугас и разнесёт въездные ворота к ебеням, а там его ждет настоящая сокровищница. Он уже твердо решил, сразу после этого дела уходить далеко на запад, туда, где его не найдут внешники и не смогут отомстить. Остается последний рубеж и всё он в дамках.
Люди пока кончились, следующая перезагрузка и он возьмёт в деревне столько «мяса» сколько надо и тогда им хана.
****
Взлётка, стаб Орешек.
Данди шёл на предельно низкой высоте, буквально перевалившись через крепостную стену, давая рассмотреть всем нечаянным свидетелям мельчайшие подробности грозной боевой машины, недавно вышедшей из боя, закопчённый пусками ракет фюзеляж, своё и второго пилота лишенное эмоций лицо. Он сразу сел на отведённое под его машину место оставляя большое пространство не занятым. На краю взлётки стоял Пепел в ожидании, когда сядет вторая вертушка и заглушит винты. Данди не спешил, у него ещё было время до неприятной встречи со своим «господином». Ведомый заходил на посадку менее эффектно, командир второй машины стиснув зубы уцепился за штурвал и постепенно снижался. Он видел, как приближается маленькая точка, человек стоявший на краю поля был ещё плохо различим, но уже начинал действовать на его психику подавляюще.
- Пепел - процедил он сквозь зубы.
Его второй пилот был спокоен, ему не надо было отвлекаться на барометрический датчик высоты и линию горизонта, Кинжал, занимавший его место вообще, не знал где это находиться. Всё его внимание было сконцентрировано на пушке 30-мм 2А42. Как только спецназовец почувствовал своим даром, что может точно попасть в фигурку на краю взлётки, нажал на спуск и со скоростью 9 выстрелов в секунду точно в цель устремились 30-миллиметровые снаряды.
Даже Черномор не знал всех возможностей Пепла, вот и Кинжал явно перестраховывался. На какое-то мгновение ему показалось, что он перестарался, но тут тело генерала в один миг превратилось в стальную статую. Спецназовец давил на гашетку, первый пилот невозмутимо продолжал снижение, Данди как заворожённый смотрел на ненавистного Пепла, демонстрирующего свою неубиваемость. Всё что осталось Кинжалу это продолжать давить на гашетку и сожалеть, что совсем не осталось ракет. Запредельная энергия бронебойно-трассирующего сменялась в укладке с бронебойно-подкалиберным снарядом и ему всё-таки удалось перепилить пополам стальную статую. Как только тело генерала разделилось на ещё стоящие стальные ноги и туловище, вмиг потерявшее твёрдость и от этого разлетевшееся кроваво-металлическими ошметками на большую площадь, Данди смог начать дышать. С момента посадки он просто боялся чем-то выдать задуманные планы и от этого чисто инстинктивно затаил дыхание. Кинжал полностью опустошил короба.
