- А что у меня есть иные варианты? Нет, они конечно есть, - сказав это, он вытащил из внешнего форменного кармана нечто небольшое и бросил на столик, а я, догадавшись, что это, убедился, активировав дар, показавший сияние белого жемчуга сквозь упаковку. - Но вряд ли полученная с помощью этого толерантность дарует мне шанс выжить, судя по тому, с какой лёгкостью вы уничтожили всех, кто вставал у вас на пути.
В его словах чувствовался неприкрытый укор, а интонация, с которой он это сказал, больше напоминала тон судьи, вынесшего окончательный приговор, отчего я внутренне ухмыльнулся.
- О, - с наигранным удивлением протянул я, - вы пытаетесь сделать из меня монстра? Хотя, наверно, с вашей точки зрения так и есть, вот только я не отрезаю головы и руки и не засовываю тела в консервные банки, - зло выдал я и, увидев, что собеседник хочет возразить, не дав ему это сделать, добавил: - только не нужно мне говорить, что вы не были в курсе происходившего здесь, я всё равно не поверю.
- И не собирался, - помедлив мгновение, ответил Аддий, - даже больше скажу вам, я сам не раз подписывал выдачу материальных ценностей для обеспечения данного процесса, но ведь вас не интересуют причины, а лишь сам факт? - Вновь говоривший постарался сделать меня в чём-то виноватым, и я уже было хотел возразить ему, как вдруг понял, что именно этого он и добивается, пытаясь хотя бы для себя оправдаться и вызвать у меня какие-то эмоции. Но он просчитался, я, как и любой иммунный, напрочь лишён хоть какого-то сострадания по отношению к внешникам, если те поступают с нами, как с животными на бойне, а в том, что несмотря на все россказни, эти так делали, я убедился лично.
- А что есть что-то способное как-то оправдать наличие у вас фермы безголовых женщин? - резко выплюнул я.
- И да и нет, - пространно ответил он, лишь вызвав этим раздражение.
- Вы тянете время и ждёте, когда обратитесь, не желая мне выдать ваши секреты? - поинтересовался я, но. заметив лёгкую ироническую улыбку, понял, что ошибся.
- Нет, в этом нет ни малейшего смысла, так как цитадель фактически захвачена, оказать вам сопротивление некем, да и, судя по последнему вашему выступлению, нечем. Бион не функционирует, как и система арбитража, так что я не только получить канал с родным миром не могу, но и инициировать процесс самоуничтожения тоже. Как вы понимаете, всё, что я могу, исходя из сложившейся ситуации, это просто в последние минуты разумного существования спокойно дожидаться их окончания. - Он как-то мельком бросил взгляд на все еще лежащий пакетик с жемчугом, а после небольшой паузы продолжил: - и даже если бы мне гарантировали жизнь, я бы не решился использовать это, - сообщил он, уже чётко указав взглядом на столик.
- Меня, если честно, мало интересует ваша мотивация, заставляющая отказаться от приёма жемчужины, да и гарантировать амнистию я не буду, в особенности после упомянутых обстоятельств с фермой, но о причинах столь негуманного обращения с иммунными я бы всё же хотел узнать.
- А тут нет никакого секрета: нужны, как вы выразились, иммунные дети, правда, у нас принято называть их толерантными, но суть вещей от этого не меняется.
- Зачем, ведь у вас имеется несколько тысяч рабов, и на две трети меньше иных внешников было? Для чего нужно столько людей? Ваш кластер хоть и большой, но ресурсы вокруг него весьма ограничены, - удивился я.
- А кто говорил, что мы увеличиваем численность здесь? - парировал Аддий с интонацией как будто я должен об этом знать. - Разве вы где-то видели детей? Хотя бы одного среди тех кого вы рабами называли? - спросил он тоном, в котором читалось возмущение. Но, не дав мне вставить слово, он продолжил: - детей, как родившихся на фермах, как вы обозвали наши инкубаторы, так и тех, что находились в секторах, в возрасте, когда воспитание ещё возможно, мы отправляли туда, - он ткнул пальцем вниз, но тут же пояснил свой жест, - в наш мир, - чем вызвал у меня неподдельное удивление.
- Иммунных в ваш мир? - переспросил я и, дождавшись кивка, уточнил: - это же стопроцентная доставка местных спор?
- Это не важно, так как заражение уже произошло, и теперь это не является проблемой, в то время как численность населения, способного жить в новых условиях без специальных средств, наоборот, проблема номер один нашего мира.
После такого сообщения я некоторое время молчал, обдумывая сказанное, по большому счёту меня не интересовали проблемы внешников, заражение их мира и то, что там теперь происходило, так что именно об этом я и решил ему сообщить, но вдруг Аддий продолжил. Резко сменив тему, он начал рассказ о том, каким великим открытием считался пространственный туннель в новый мир, о первых этапах его освоения в те времена, когда он ещё учился. О том, как он стремился попасть сюда и что для это ему пришлось сделать, но излагал он все тезисно и коротко, вскоре дойдя до момента, когда всё пошло не по плану.
