Егор сам повел машину в аэропорт. Аккуратно. На пределе разрешенной скорости. Гладил мою ногу правой рукой на длинных перегонах между редкими светофорами. Ничего не говорил и улыбался. Я тоже молчала. На всякий случай. Жалко, все-таки, что он опоздал. Желание теплым мячиком перекатывалось внутри, нагреваясь от его такого близкого и недоступного тела. Я непроизвольно раздвинула ноги, подаваясь навстречу его руке на моем колене. Он почти дотянулся до главного и убрал пальцы. Положил на руль. Улыбался довольно. Гад. Я отвернулась и стала смотреть в ночь. Приехали.
— Пойдем, — сказал, отстегивая ремень безопасности.
— Зачем? — я не смотрела в его сторону. Проклятый доктор! Завел меня и сваливает.
— Церемония провожания входит в стоимость, — пошутил он. Взял мое лицо пальцами за подбородок и повернул к себе. Я закусила нижнюю губу. Глаз не поднимала.
— Так. Обиделась. Я знать не хочу почему. У нас с тобой договор. Вылезай из машины и иди, работай. Проводишь меня до таможни. Вот тебе моя сумка с документами. Бери и неси.
Он всучил мне изрядно потертый кожаный портфель. Гуччи. Мой ровесник, не иначе. Лет двадцать хранит бумаги доктора. Талисман. Я втянула обратно злые слезы и подчинилась.
Солидная публика. Хорошо одетые дяди и тети. Никаких матросов и собак. Респектабельно и ненавязчиво дорого. Заграничная речь. Егор в своем сером костюме вписывался в это европейское стадо абсолютно. Я светила голыми, уже слегка тронутыми загаром ногами в маленькой джинсовой юбочке под корень. Оранжевый лифчик под синим, в больших дырах вязки, коротким свитером. Белые кеды на босу ногу. Заинтересованные взгляды обшаривали меня по всему полю. Я покачалась с носков на пятки и обратно. Всем хорошо видно?
— Здравствуйте. Летите в Милан? — мужской голос с легким акцентом подобрался ко мне сзади. Я не успела обернуться.
— Извините, — Егор обнял меня за плечи и отвел в сторону.
— Тебя нельзя оставить одну даже на пару минут. Уведут, — он снова шутил и смотрел довольно. — Всегда хотел спросить у тебя: как ты выживаешь в гостинице? Столько горячих парней вокруг вертится. Или тебе только я один приглянулся? — он хотел притянуть меня к себе опасно близко. Ну, уж нет. Я отошла на шаг. Откровенничать здесь и сейчас мне не хотелось. Когда он улетит, наконец? Молчала. Смотрела на толпу в зале. Егор спросил еще что-то. Не дождался ответа.
Высокая худая дама придерживала черную инвалидную коляску. Та, негромко гудя мотором, двигалась мимо. Оттуда выпал маленький полосатый мяч и покатился к моим ногам. Я подобрала и понесла следом, прервав мужчину на полуслове. Бледный парень, ноги накрыты серым пледом. Лет двадцать. Белесые ресницы, брови, волосы. Я протянула мяч. Он медленно, сантиметр за сантиметром вел глазами по моей фигуре. От носков белых кедов до зеленоватых глаз. Потрогал осторожно взглядом выгоревшие на южном солнце волнистые пряди разметанных ветром кудрявых волос. Грустно стукнуло сердце.
— Данке шон, — забрал резиновый мячик, коснувшись сухой кожей пальцев моей руки.
— Битте шон, — я присела в книксене и улыбнулась. Он открыто улыбнулся в ответ. Восхищение в светло-синем взгляде. Мужское и трогательное.
Женщина сказала что-то. Мой немецкий закончился. Я развела руками и вернулась легкой, танцующей походкой к своему парню. Он притянул меня к себе, наплевав на сопротивление и взгляды кругом. Поставил спиной к стене и закрыл собой от остального мира. Поцеловал, высасывая губы и толкая в рот язык. Всунул колено между моих ног, прижался всем своим к моему бедру. Как призывник к подружке, что обещала дождаться. Я погладила его напряженный член через брюки. И отодвинулась. В порядке мести. За опоздание и самодовольные ухмылки в пути.
— Куда! — доктор жестко вернул меня на место. Я упрямо отворачивала лицо от его губ. Мстила с удовольствием.
— Не хочу, — соврала я. Стучалась пульсом в его ладони.
— Вставил бы я тебе, по это самое не хочу, но посадку уже объявили, — сказал Егор горячо мне в ухо. — Встретишь меня обязательно! Кто такой Андрей?
Я онемела от такого поворота темы. Замерев, молча, смотрела, как он проверяет на себе, все ли пуговицы на месте. Стирает салфеткой мою помаду со своих усмехающихся губ.
— Молчишь? Ладно. Вернусь, расскажешь. До встречи! — Егор легонько шлепнул меня по попе и ушел к стеклянным дверям.
Я курила, стоя на парковке рядом с машиной. Какой Андрей? Что за ерунда крутится в башке командира-доктора? Деньги наверняка нарочно не отдал, чтобы встретить не забыла. Стратег и тактик, гребаный.
— Здравствуйте, Лола.
Я обернулась. Взрослый мужчина в темном костюме улыбался. На согнутом локте серое, в елочку пальто. Градусов двадцать пять в плюсе выдавала южная ночь. Рядом с ним из-под задранного вверх капота черного крузака торчала половина человека. Ищет там что-то, знает, наверное, что делает.
— Лев Иванович! Добрый вечер, — рассмеялась я.
— Вас не просто узнать в таком наряде, — он продолжал улыбаться. Подошел ближе. Запах. Тот самый, что вспомнила сразу. Хорошо.
