— Ну что, получил разрешение встречаться со мной? — прикололась я, нахально облизнув губы в сладком шоколаде. Встала и прошлась по мягкому ворсу. От стола до окна. Трусы попались мне по пути. Я подняла и повертела белое кружево на указательном пальце.
— Рассказывай, — твердо и негромко велел мне адвокат.
Ага, щас, жди. Спешу и падаю. Другие умники до тебя пытались. Кто ты такой, чтобы я с тобой разговаривала? Лучший друг? Иди, дружи с этим орущим в мурманский снег морячком. Как они все быстро умеют человека оседлать! Коньяк, мешаясь с похотью, звал меня совсем в другую сторону.
— Где у тебя туалет?
— Зачем?
— Писать хочу. Проводи меня.
Большая комната. Джакузи и другая сантехническая ерунда. Золото, глянец и пафос. Настоящий адвокат. Я стянула сарафан через голову и села на унитаз, широко разведя ноги. Мужчина смотрел на мой пах, не отрываясь. Испарина выступила на бледном лбу. Я протянула руку и поймала его за ремень. Расстегнула замок и выпустила все его на свет позолоченной бронзы светильников. Размер средний, но в остальном все прочно.
— Черт с ним, — выдохнул Влад кому-то в глянцевый камень стены.
Взял левой рукой меня за затылок, правой втолкнул член в мой ищущий рот. Пах дальневосточным парфюмом и собой. Гигиена сегодня была не в чести. Мне нравился такой натурализм. Горьковато-соленый, первобытный. С легким оттенком цветков саккуры. Никаких заходов в душу. Нет.
Господи! Криста. Я не позвонила вчера! Дрянь я последняя. Шлюха и алкоголичка. Я села в ужасе на кровати. Семь утра. Кирюша распахнул светлые глазки на соседней подушке:
— Лола, мы где?
Не в первый раз задает этот вопрос рядом со мной. Привыкнет скоро. Я ушла из постели хозяина на последнем проблеске мысли, так хотела спать. Двух часов не прошло. Влад не удерживал. Честно сопел в смятую простынь, утихнув от постельных трудов.
— Поспи еще, — попросила я без надежды.
— Я не хочу спать. Я кушать хочу.
Я обреченно кивнула. Под веками будто песок, речной и мелкий. Во рту известный вкус кошачьего дерьма. Ребенок выскочил из кровати. Я поплелась следом. Белая футболка хозяина едва прикрывала мой голый зад. Из кухни тянуло божественно. Оладьи.
— Доброе утро! — крупная женщина в переднике радушно улыбалась нам. — Я сейчас выдам вам зубные щетки и полотенца.
Черные волосы с густой проседью. Открытая улыбка. Руки в муке. Кир на всякий случай спрятался за мои ноги. Выглядывал и втягивал в себя запах еды, как голодный щенок.
— Мне нужно позвонить, — промямлила я, стараясь дышать внутрь себя.
— Меня зовут тетя Роза. Пойдем со мной малыш. Ты Кирилл? Я знаю, мне про тебя твой папа рассказывал. Лолочка, телефон на подоконнике, — она знала все, легко и ненавязчиво уводя ребенка умываться.
Я быстро набрала номер по памяти. Единственный, что знала здесь. На дала страху заколебаться.
— Криста, привет, — я зажмурилась. Готова была и прижмуриться, если что.
— Доброе утро, дорогая. Как вы? Скоро вернетесь домой? — спокойный голос Кристины поразил меня в самое горло. Я сглотнула.
— Ты не потеряла нас? — я не понимала.
— Андрей позвонил вчера поздно вечером. Я так переживала. У нас страшный ливень прошел. Трассу закрыли. Он сказал, что вы остались ночевать у его друзей. Все хорошо? Как Кирюша?
Я доложила доброй женщине, как прекрасно обстоят у нас дела. Еще что-то натрындела успокоительное. Поверить не могла. Я забыла вчера об этом. Обо всем. Про звонок близким и тому подобное. А он не забыл. Еще раз. Я блядь и тварь неблагодарная. Шалава. Бедный Кирилл. Не везет ему с родней. Только Криста человек. И Андрей, как выяснилось.
— Лола, заведи себе, наконец-то, телефон. Лев Иванович звонил. Георгий Аркадьевич приезжал. Я выгляжу полной дурой, — Кристина смеялась. Весело и совсем без упрека. — Старовата я на роль секретарши. Жду вас домой. Не задерживайтесь. Целую.
Я чистила яростно зубы и блестела глазами себе самой в зеркало. Оттуда глядело на меня расстроенное бледное лицо с противными пунцовыми губами. Но щеки уже есть. Наела по чуть-чуть. Волосы отросли ниже плеч. Белые пряди путаются с рыжими. Стоят нечесаной копной, завиваются в локоны на концах. Косточка на подбородке пропала. Появилась забытая ямочка. Зеленые глаза смотрят темно, в слезах. Брови надо бы подправить, хотя так тоже ничего. Привет, дорогая, как дела…
— Привет, — мой ночной приятель возник в отражении. Улыбается довольно. Тетя Роза, которая знает, как меня зовут, ему кто?
— Привет, — я постаралась отодвинуться от него, как можно безопаснее.
Он потер рукой утренний подбородок. Встал к раковине рядом и открыл воду.
— Андрей предупредил меня вчера, — Влад вынул из ящика станок и пену, глядел в мои глаза в зеркале. Помолчал.
Я не издала ни звука в ответ. Он кивнул:
— Сказал, чтобы я губы не раскатывал. Ничего не получится. Ты натрахаешься, как кошка, и слиняешь молча. Даже спасибо не скажешь.
Молодец, морячок, знает меня абсолютно. Как он там, интересно? Снег все так же идет заполярным щедрым летом?
— Как он там? — спросила быстрее, чем подумала.
