Кларк покачала головой. Черт, так легко можно сойти с ума. Даже очень легко. Но Лекса не даст ее крыше поехать. Ей никогда не было так страшно, как сейчас. За Лексу. Она постоянно молчала, хмурилась, даже и словом не обмолвилась о том, что ей плохо. Она не понимала, почему Лекса прячется от нее. Боится? Из-за чего? Черт, Лекса — сплошная загадка, как ни крути. Но Кларк все равно будет рядом с ней, какой бы несговорчивой она бы не была.
Риз молча вел машину, иногда зевая, Майлз открыто храпел, из-за чего Шоу запустила в него бутылкой с водой, Рут без зазрений совести расположилась на своей ворчунье, Шоу иногда поглядывала в окно, пытаясь подремать, Лекса молча смотрела на дорогу. Кларк бросила взгляд на шею брюнетки, разглядывая метку, и заметла небольшой развод крови рядом. Голубые глаза сузились. Это и есть причина молчания Лексы?
До отеля все молчали, никто и слова не проронил. Все также молча выходят, забирают ключи у стойки регистрации, разбредаются по номерам. девушки снова решили забронировать огромный номер на четверых, как в прошлый раз, Риз и Майлз ушли на другой этаж.
— Я запущу поиск, нам всем нужно немного вздремнуть, — Рут сразу же залезла в свой ноутбук, как только они оказались в номере.
—!Я уже выспалась, на сто лет вперед хватит, —!буркнула Кларк, заходя в их с Лексой комнату. — Мы не закончили, — сразу же начала Кларк, пока Лекса огорченно вздохнула.
— Прямо сейчас? Я сама не знаю, что со мной происходит, — она развела руками, действительно не зная, что сказать. — Метка иногда кровоточит, в такой момент я готова отключиться, больше ничего не понимаю, —!рыкнула девушка, уже не в силах сдерживать себя. Она и так держала в себе все слишком долго.
—!Почему ты сразу мне не сказала?— тихо спросила Кларк. Она была удивлена ее тоном, ведь Лекса никогда так с ней не разговаривала. Не позволяла себе так говорить.
— Потому, что я сама нихера не понимаю! Я не знаю, что могу сотворить, когда внезапно выпадаю из реальности! Я не хочу навредить кому-то, а тем более тебе! — Кларк не узнавала сейчас в этой девушке Лексу, ведь Лекса никогда не повышала голос, не имела такую грозную рычащую интонацию, одновременно полную нотками страха и напряжения.
— Почему ты думаешь, что навредишь кому-то?! — Кларк сама уже завелась до предела, не на шутку напуганная поведением Лексы.
— Потому, что я не уверена уже ни в чем! Все, что происходит сейчас — ясный тому пример! — на повышенных тонах продолжила девушка. — За нами по пятам ходят эти... зомби и пытаются нас убить, чтобы, Блядь, попасть в ебаный рай, или куда они там хотят! И мы можем только пытаться не сойти с ума!
— То есть, ты сходишь с ума?! — Кларк резко оказалась на расстоянии шага от Лексы, уже сама рыча не хуже тигра. Она была взвинчена до предела.
— Да! — сквозь зубы выдавила девушка!
Кларк реззко притягивает ее за воротник куртки, впиваясь в ее губы поцелуем. Лекса тихо рыкнула, уже сама целуя и перехватывая первенство. Напряжение накалено до предела. Все тело горело адским огнем, и ей было все равно на травмы, которые должны находиться в покое. Хотелось только ощутить Кларк рядом с собой в самом глубоком и интимном смысле, почувствовать себя, как единое целое с ней.
Куртка была сорвана в одно мгновение. Кларк оказывается поваленной на кровать и придавленной сверху телом Лексы. Господи, как давно у них не было такого... зверства? Именно зверства, когда хочешь кого-то до болезненных укусов и разорванной в клочья спины? Кларк помнила очень даже хорошо. Тело льнет навстречу грубым и резким прикосновениям горячих рук, после которых кожа пылает, словно от ожога. Искусанные Лексой губы болели и пульсировали, но Кларк отвечала, сильнее сжимая плечи Лексы, не желая уступать в жаркой схватке.
Сильные руки разрывают футболку, не желая быть терпеливыми и ласковыми. Хотелось грубости, боли, почувствовать истинное наслаждение от расцарапанной ногтями спины, укусов на плечах. Обхватывает грудь, больно сжимая и кусая чувствительную кожу. Кларк рычит, сама рывком разрывая черную рубашку на Лексе, не желая больше терпеть. Этот контакт был слишком необходим, слишком желанный ими обеими, сил терпеть больше не было. Вырваться и перехватить первенство уже не было ни сил, ни терпения, девушка сильно кусает Лексу за шею, заглушая предательский стон.
Лекса зашипела, чувствуя холодные руки на плечах, а после укус. Все тело напряжено словно струна, готовое получить разрядку. Чувствовать тело любимой было слишком невыносимо, возбуждающе и терпеть было просто кощунством. Девушка резко поднимается на колени, раздвигая ноги Кларк, уже расстегивая ее брюки. Желание прикоснуться было слишком сильным.
