Холодная, нет, даже очень холодная вода заставляет ее взбодриться. Лекса еще раз ополаскивает лицо, не смотря в большое зеркало, которое было почти на всю стену. После того кошмара в больнице после драки смотреть в них совсем не хотелось, но признать, что она боится увидеть там что-то ненормальное, — Лекса на этой мысли саркастически хмыкнула, внутренне усмехаясь — она не хотела. И так проблем хватает.
Лекса быстро достала из кармана куртки таблетку, которую раньше успела одолжить из их запаса медикаментов. Забрасывает таблетку в рот, сразу же наклоняясь к крану и запивая ее водой. Лекса уж точно знала, какие мощные фильтры для воды здесь, в Будапеште, поэтому могла не беспокоиться о том, что схватит что-то. Лекса еще раз ополоснула лицо, закрывая кран. От холода воды немного полегчало, даже на секунду показалось, что она просто стоит под дождем в своем родном Лондоне, но жаль, что это всего лишь иллюзия.
Лекса случайно бросает взгляд на дверцу кабинки за своей спиной через зеркало. Ей показалось, или там действительно есть кто-то. Но ног она не видела. Черт... Дыхание мгновенно участилось, сердце пустилось вскачь. Черт, только не здесь. Дверца медленно приоткрылась, Лекса замерла, готовая отбиваться, но... Через секунду на пол спустились чьи-то ноги, а в проем выглянула лохматая голова парня, который, видимо, сидел там. Выглядел он так, словно он... наркоман? Во всяком случае, он делал то, что явно не хорошо влияет на него. Он был очень бледным, были огромные круги под глазами. Заметив Лексу, парень шмыгнул носом и поспешно ретировался, сутулясь.
Лекса судорожно выдыхает. На этот раз пронесло. Брюнетка бегло посмотрела на часы, что, как ни кстати, висели на стене над входом сюда. Одиннадцать вечера, отлично, до вылета ровно полчаса. Девушка быстро вышла в холл аэропорта, где уже объявили о времени прибытия их рейса. Девушка быстро нашла взглядом Рут, Шоу и Кларк, едва не подбежав к ним. Шоу смотрела на нее подозрительно с того самого момента на кладбище, но ничего не сказала, Кларк прислонилась к ее плечу, уже валясь с ног, Рут едва не висла на невысокой Шоу, которая не обратила на это внимания, рефлекторно приобняв ее за талию, придерживая. Никто не проронил и слова.
— Что сказал Риз? — Лексе не нравилось это молчание. Сейчас это было так, словно они настраиваются на что-то... поистине ужасное, что грядет на них.
— Он встретит нас в аэропорту с нашим наркошей. Он сказал, что он поможет нам найти что-то, — Кларк осторожно прижимается к Лексе, говоря это.
Шоу и Лекса только переглянулись, мысленно хмыкнув. Все лучше и лучше. Просто лучше не придумаешь! Дай Бог им сил, чтобы не убить его.
========== День шестой. Глава первая ==========
Рут не знала, что выдернуло ее из сна. Ощущение взгляда на себе или чувство холода рядом с собой. Кто бы это ни был, он явно считает себя бессмертным. Шоу наверняка специально на нее пялится, чтобы не давать ей спать. Девушка раздраженно повернулась к соседке, собираясь устроить ей быстрый и качественный вынос мозга, но замерла, осознав, что Шоу уже куда-то смылась. Девушка сонно заморгала, подняв глаза на проходящего мимо парня, замерев на месте и столкнувшись взглядом с мертвыми глазами, поддернутыми белесой пленкой.
Блядь, только не здесь. Не сейчас! Аарон склонил располовиненную голову на бок, пронзая ее глазами, точнее тем, что от них осталось. Рут часто задышала, не зная, как ей поступить. Если она сейчас достанет оружие, то будет только хуже. Здесь много людей, плюс, они в самолете. Рут не хотелось бы закончить то, что хотят сделать эти жмурики. Не дождутся. Но отодвинуться она не сможет, драться со сломанной рукой не камильфо, особенно, если сломана рабочая рука. Она не знала, что делать, поэтому только начинала паниковать.
Он склонил голову на бок сильнее, пока Рут сообразила, что все люди вокруг... их просто не было. Она одна с ним здесь, в салоне самолета. Ночное небо погружало салон в темноту, так что Аарона почти не было видно. Но она интуитивно чувствовала, что он сидит рядом с ней. Чувствовала холод его тела, это хрипящее дыхание на своем лице. Стоп. На лице? Девушка вжалась в стену возле своего сидения, чтобы хоть немного отодвинуться от него. Но он оказался только еще ближе, буквально вжимая Рут в стену.
— Я не сделаю тебе больно... — раздался голос возле самого уха, пока Рут уже находилась между реальностью и тьмой, которая упрямо заволокла ее в свои объятья.
— Рут, твою мать...! — голос упрямо звал ее за собой, но она не хотела снова видеть это обезображенное гнойными язвами располовиненое лицо Аарона. Не хотела слышать его голос, не желала чувствовать холод его тела, совсем, как двадцать лет назад. Но ее настойчиво вырывали из спасительной темноты. — Рут, просыпайся....!
