В общем, это началось после Рождества. Мы с ребятами - они приехали с нами, только одного нет с нами - должны были штурмовать наркопритон. Но, как оказалось, все было хуже - мы попали... в Ад. Сначала я думала, что ходячие мертвецы - моя выдумка, так на меня влиял старый дом, в котором был притон, но оказалось, что все было действительным. Это был первый день. Я, Кларк, Рут и Шоу были преследуемы четырьмя жмуриками. Именно так мы и оказались в Варшаве, Вене, Будапеште и теперь здесь. Кларк предложила их перезахоронить, и это сработало. Осталась только Анна - моя... - Лекса сжала зубы. Она не сможет сказать это слово.
Я поняла, - Анна действительно не собиралась звонить в психушку.
На каждом из нам была такая метка, - Лекса отодвинула ворот спортивной кофты, показывая перечеркнутый круг. - У девчонок он сразу же исчез после перезахоронения их... знакомых. Осталась только Анна. После ее перезахоронения все будет кончено. Судный День уже завтра. Я не хочу дать ей такой шанс убить меня.
Но вы не сможете найти ее тело, - Анна покачала головой.
Что? Почему? - Лекса сглотнула. Больше никто не знает, что делать. Это был единственный вариант, а завтра, несмотря на метку, Анна может убить всех. Сама Анна Адрианна Эштон сейчас была похожа на статую. Неподвижная, глаза смотрят в никуда... О чем она думала?
На месте того кладбища был построен жилой район, - Анна залпом выпила весь бокал, потянувшись за бутылкой виски. - Мне тоже нужно кое-что тебе сказать.
Лекса замерла, стоило Анне обнажить ключицу, на которой можно было разглядеть небольшой, но давний шрам. Перечеркнутый крест-накрест круг.
========== Глава вторая. ==========
Шоу устало положила свою сумку на большую двухспальную кровать, впервые чувствуя неловкость. Черт... конечно, она понимала, что Анна - мать Лексы, они даже чем-то были похожи, но она бы ни за что не пустила чужих людей в свой дом. Даже если это хорошие друзья ее дочери. Но... видимо, Лекса за них поручилась. Она снова нахмурилась, осматривая уютную светлую комнату. Из мебели - кровать, две тумбы, шкаф, небольшой журнальный столик. Тона обоев бледно-салатовые, что ей странно понравилось, пусть она терпеть не могла зеленый цвет и любой его оттенок. Он... успокаивал. Для Шоу вообще стало некоторым сюрпризом то, что она вообще беспокоилась и нервничала.
Здесь... мило, - Рут с легкой улыбкой повернулась к ней. Шоу только хмыкнула, не желая признавать этого, вот только она знала, что Рут уже все прекрасно знает. Знает, что Самин понравилось. Но молчит, зная, что ее, конечно, легко - пусть не так легко, как раньше - могут пристрелить прямо здесь.- Как думаешь, Аня знает о цели приезда сюда?
Шоу только бросила взгляд на Рут, которая приподняла брови, взглянув на мельтешащую перед глазами шоу. Она пока сама не знала ответа, но не боялась, что их посчитают сумасшедшими. Она почему-то думала, что Аня не так проста, как кажется на первый взгляд, уж странно для такого вполне теплого для зимы климата носить одежду с длинными рукавами. Она была наблюдательна достаточно, чтобы заметить нервозность как Лексы, так и ее матери, которая странно поглядывала на Шоу. Это не было связано с присутствием компании в ее доме.
Я видела, как они зашли в какую-то комнату, думаю, Лекса уже занята этим, - Шоу выложила из сумки более легкую одежду, отметив, что здесь было достаточно тепло.
Рут склонила голову на бок, пока Шоу насторожилась отсутствию какого-то остроумного ответа со стороны своей девушки. Ох, явно пакость какую-то замышляет. Она, как ребенок, - если затихла, значит, уже приступила к выполнению своего коварного плана, или только задумала что-то. Поэтому Самин искоса взглянула на Рут, пытаясь понять, о чем же думает ее ненаглядная. Хотя, Бог знает, что же могло прийти в голову этому... большому ребенку, если она так поглядывает на нее.
Сэм, ты знала, что форма у тебя очень даже ничего? - игриво протянула девушка, улыбаясь, как Чеширский кот, и подходя к Самин.
Сама Шоу закатила глаза. Опять этот флирт. Хотя... Шоу была рада, что хоть что-то привычное уже появилось в поле ее зрения. Она даже успела соскучиться по этому. В конце концов, видеть Рут прежней, в некоторой степени, лучше, чем видеть ее подавленной, даже в некоторых местах робкой. Шоу сама из-за таких смен настроения своей девушки впадала в ступор несколько раз подряд.
Но Шоу встрепетнулась. Она сказала «своей девушки»? Вам послышалось. Но Шоу уже признавала это все больше и больше, куда же ей деться с подводной лодки? Да и Рут все равно ее найдет, если она подумает сбежать, хакерша, черт возьми.
Что, даже не ответишь что-то? - Рут надула губки, но ее глаза смеялись, в них словно плясали чертята, явно показывая ее веселье. - Ну, Шоу, так же не интересно! Не будь такой букой!
