– И это всё? – изумился он. – Ты дал мне столько же за то, что я обжег эту сучку!
Я тронула бедро и почувствовала мясистый шрам, оставшийся после того случая. И он оценил это в двадцать ударов палкой?
– Эвери, не лезь!
– Ну нет! Из-за него мы могли попасть за решетку, возможно, в камеру смертников. И ты даешь ему двадцать ударов? – Он отшвырнул Десмонда на песок и поднялся. – Он едва не разрушил все, над чем ты трудился тридцать лет. Он не хочет называться твоим сыном, он отвернулся от тебя!
– Эвери, я сказал…
Эвери достал что-то из-за пояса, и уже не имело значения, что там сказал ему отец.
У него в руке был пистолет.
– Все достается ему! – закричал он, указывая пистолетом на брата. – Твой миленький Десмонд… Он даже не помогал тебе обустраивать Сад, а ты так им гордился. «Бабочки любят его», «он не причиняет им вреда», «он их понимает»… Кого это волнует? Я тоже твой сын, старший сын. Вот кем ты должен гордиться.
Его отец поднял руки и уставился на пистолет.
– Эвери, я всегда тобой гордил…
– Нет, ты всегда был в ужасе от меня. Даже я могу заметить разницу.
– Эвери, прошу тебя, положи пистолет. Такому здесь не место.
– Такому здесь не место, – передразнил Эвери отца. – Ты говорил так обо всем, чего я хотел!
С тяжелым, болезненным стоном Десмонд перевернулся на спину и приподнялся на локтях.
Раздался выстрел.
Десмонд вскрикнул и снова повалился на тропу. Задранная футболка мгновенно пропиталась кровью. Садовник захлебнулся криком и бросился к сыну. Вновь прозвучал выстрел. Он упал на колени, схватившись за бок.
Я перепоручила Кейли Данелли и знаком велела спрятаться за камень.
– Сидите здесь, – прошипела я.
Блисс схватила меня за руку.
– Он того стоит?
– Может, и нет, – призналась я. – Но он позвонил.
Блисс сокрушенно покачала головой и выпустила меня. Я побежала к Десмонду. Практически добежала, но Эвери схватил меня за волосы и оттащил назад.
– А вот и сама сучка, маленькая королева Сада…
Он с такой силой ударил меня пистолетом, что в ушах зазвенело и по щеке потекла кровь. Эвери отшвырнул пистолет, повалил меня на колени и стал расстегивать ремень.
– Что ж, теперь я король Сада, и ты выразишь мне свое почтение.
– Сунь, только попробуй, – и я отгрызу тебе его, – прорычала я, и Блисс тоже что-то прокричала из-за камня.
Эвери снова ударил меня, а потом еще раз. Занес руку для следующего удара, но его остановил голос Назиры:
– Сирены! Слышите?
Я ничего не слышала – у меня в голове стоял колокольный звон. Но некоторые из девушек соглашались с Назирой. Сложно было сказать, то ли они пытались отвлечь Эвери, то ли в самом деле что-то слышали.
Эвери отшвырнул меня и побежал через Сад к вершине скалы, чтобы осмотреться. Я подползла к Десмонду. Он пытался зажать рукой рану на груди. Я убрала его руки и сама накрыла рану. Кровь толчками потекла по моим ладоням, теплая и густая.
– Не умирай, пожалуйста, – прошептала я.
Десмонд слабо сжал мою руку, не пытаясь ответить.
Садовник застонал и подполз к сыну с другой стороны.
– Десмонд? Десмонд, ответь!
Тот приоткрыл глаза – бледно-зеленые, как у отца.
– Если хочешь защитить их от него, позволь им уйти, – простонал он; по лицу его струился пот. – Он убьет их одну за другой, заставит их страдать…
– Десмонд, только не теряй сознания, – взмолился Садовник. – Мы доставим тебя в больницу, что-нибудь придумаем… Майя, не прекращай зажимать!
Я и не прекращала.
Но теперь я тоже слышала сирены.
Эвери скакал на вершине скалы и орал. Девушки сбежали вниз и сгрудились вокруг нас – должно быть, решили, что рядом с Садовником и Десмондом безопаснее, чем со взбешенным Эвери. К нам примкнула даже Лоррейн, и никто не пытался прогнать ее. Блисс дрожащими руками подняла пистолет, не спуская глаз с Эвери.
Сирены становились громче.
– Понятия не имею, почему они вернулись, – шепотом произносит Инара, сжимая его руку. – В первый раз они ведь ничего не обнаружили? Иначе Садовник не поднял бы стены.
– Кое-кто из офицеров в участке просматривал список имен, которые Десмонд назвал по телефону. Кейли он вспомнил, поскольку она пропала не так давно. Но некоторые имена значились в списках ФБР. Их начальник отдела связался с нами, и мы встретились с ними в пути. Кэссиди Лоуренс, к примеру, пропала почти семь лет назад в Коннектикуте. Между ней и Кейли прослеживалась явная связь, иначе не было причин называть их имена в одном ряду.
– Выходит, Лионетта отчасти помогла найти нас? – спрашивает Инара со слабой улыбкой.
– Выходит, что так.
Некоторое время они молча смотрят на мужчину, лежащего на кровати.
– Инара…
– Да, окончание истории.
– Надеюсь, больше вам не придется отвечать на эти вопросы.
Она пожимает плечами.
– Мне еще придется дать показания в суде.
– Мне жаль, правда. Но чем это все закончилось?
Сирват, будь она проклята.
Садовник вынул из кармана маленький пульт и нажал несколько кнопок.
– Сирват, беги в комнату возле выхода и принеси несколько полотенец и резиновых трубок.
– Это та, возле которой Зара?
– Да, она.
