– Слушай, близнецам было в районе пятнадцати, когда отец принял их к себе под крышу. Мы, конечно, все вместе, но это совсем разные связи. Для меня Макс и Виола скорее пары моего брата и сестры. Для них, наверное, я тоже что-то вроде приложения к возлюбленным, но не родня. Странно бы как-то получилось, если бы мы считали друг друга равными братьями и сестрами. Попахивает инцестом.
– Да уж. Вообще, звучит довольно логично.
Монотонная дорога утомляла, пусть Стас и старался ехать побыстрее. Трасса была бы совсем пустой, если бы не редкие фуры, что периодически попадались нам по пути. Засмотревшись на один из рекламных баннеров, призывающих покупать прекрасные подушки, я не сумела подавить желание зевнуть.
– Ты просто сонная. Может, вздремнешь немного, хотя бы пока едем?
Я прикрыла рот рукой, продолжая сладко зевать, и, когда уже почти закончила, покачала головой.
– Нет, спасибо. Лучше вообще не спать, чем прикорнуть на десять минут и ходить потом совсем разбитой.
– Ну, как знаешь, – не стал он настаивать и потянулся к магнитоле. – Тогда немного музыки?
– Давай.
Возле подъезда около дома все оказалось уставлено машинами. Ксертонь, вместе с ее жителями, погрузилась в безмятежный сон, даже не подозревая о грядущих несчастьях. Редкий свет в окнах, как путеводная звезда, пытался рассеять тьму, и ему это едва ли удавалось.
Сделав круг между домами, мы со Стасом так и не нашли свободного места. Пришлось припарковать машину в соседнем квартале и оттуда пойти пешком. После теплого салона авто на улице ощущалась зябкость, хотя, возможно, мой холод шел изнутри. Оборотни не очень восприимчивы к температурам в привычном смысле, как мне удалось ощутить на себе еще зимой, которая в Ксертони в этом году была достаточно сурова, если верить одноклассникам. Во всяком случае, тем из них, что казались людьми.
Я двинулась вперед вдоль бордюра, не боясь встречных машин. В такой час кого-то встретить было бы по-настоящему странно. Хотя кто знает, чем жил город после заката? Я знала о потусторонних ужасах и опасностях, которые скрывались среди темных деревьев от любопытных, и выслеживала их по ночам, оберегая покой мирно спящих. Но чем промышляли сами горожане, представляла себе лишь в общих чертах. Мне не хотелось думать, что где-то по соседству жил подобный Галине и Глебу маньяк и тайно промышлял по ночам, побуждаемый своими извращенными и искаженными потребностями. Странно, но кошмары, до которых никому нет дела, когда они звучат по радио или фоново из недр телевизора, не трогали души большинства, пока беда не приходила в их собственный дом.
Стас догнал меня и набросил мне на плечи свою тяжелую кожаную куртку. Я поспешила ухватиться за края и закутаться поплотнее. Пряный знакомый аромат обволакивал сознание как мягкое одеяло, смешиваясь с нотами обработанной кожи. На мгновение я даже подумала о том, чтобы попросить Стаса оставить мне что-то из своих вещей: если я не могла сохранить его рядом, то хотела бы иметь напоминание о том, что Стас – реален. Что он существует, пахнет лучшим запахом на свете, а когда улыбается, на его щеках появляются аккуратные ямочки, до которых всегда так хочется дотронуться.
– О чем задумалась? – он обнял меня одной рукой за плечи и притянул к себе.
– Да так, о мелочах.
Стас мимолетно коснулся губами моих волос. Его присутствие действовало на меня умиротворяюще. Казалось, все время в мире было нашим, но я знала, как обманчиво это чувство.
Мы дошли до моего подъезда, и какое-то время потребовалось для того, чтобы вспомнить код. Необъяснимо, но цифры ускользали от меня. В голове никогда не возникало связной ассоциации, чтобы запомнить бессмысленную последовательность. Даже прожив в Ксертони больше полугода, я периодически сталкивалась с этой проблемой, когда была особенно рассеянна. Должно быть, я совсем устала за прошедшие дни. Стас заскучал примерно после моей восьмой попытки набрать верный код.
– Это точно твой подъезд?
С меня бы сталось. На всякий случай я посмотрела наверх и нашла глазами табличку с номером подъезда и прописанными через дефис номерами квартир.
– Да, все верно.
– Тогда почему ты не можешь вспомнить код?
Я виновато посмотрела на него, понимая, как абсурдно со стороны должна выглядеть ситуация, и постаралась придать глазам жалостливое выражение. Одновременно мне хотелось сгореть от стыда и прибить отца за то, что до сих пор не заказал для меня ключ от подъезда. Скромная связка с ключами от квартиры и почтового ящика появилась в первый же месяц, а вот с магнитным замком Костя заморачиваться не стал: действительно, зачем, если можно открыть кодом, правда?
В конечном счете у Стаса кончилось терпение. После очередного сброса системы он осмотрелся по сторонам и протиснулся к двери, осторожно отодвигая меня от панели набора.
– Эй, я же не закончила! – эхом раздалось в ночи.
Стас шикнул на меня, обеими руками обхватил металлическую ручку двери, пошире расставил ноги и расправил плечи. Первый рывок, второй – и дверь с хлопком, напомнившим звук вылетевшей из узкого горлышка шампанского пробки, отворилась.
