Первым порывом было подняться и на деле показать, как сильно он неправ, но тело не слушалось, а потом и разум подоспел, подсказывая, что в одиночку с бунтовщиками даже брат не брался воевать. В одиночку их мог победить только опекаемый им мальчишка. Михаэль мотнул головой и всмотрелся в координаты — там значился лишь один мир. Адама и Еву закинуло туда вместе? Нет, вряд ли. Змей вроде бы говорил, что с девчонкой все сложно, да и в недавнем разговоре обещал, что призовет Ашеру к ответу тогда, когда с Адамом все будет в порядке. Вот опять несчастная девочка с разбитой душой оказалась никому не нужна. Нет, не совсем так. Никому не нужна, кроме мальчишки, разозлившимся из-за нее настолько, что собирался убить Михаэля, да и весь Совет потом, если потребовалось бы. Так, наверное, было бы лучше, хотя бы для города. Жаль, что Люцифер вмешался. Жаль, что мальчишка с ним не справился.
— Вот, — гвардеец протянул ему новый сверток, видимо, решил отвлечь от печальных мыслей, связанных с потерей столицы. — Ваши регалии. Подумал, вы хотели бы их сохранить.
— Да, спасибо.
Они все еще светились чужой магией, той самой, что должна была исполнить одно любое желание Михаэля. В голове сразу же закружились мысли от восстановления власти в Империи до убийства Змея, но отринул их все, включая исцеление брата.
«Хочу, — сжав регалии в кулаке, подумал он, — чтобы все осколки души девчонки наконец-то собрались воедино, и она жила потом долго и по возможности счастливо».
Амулет на мгновение вспыхнул ярче, а потом угас, став обычной безделушкой, годной только кинуть в стену от переизбытка чувств. Что он и сделал, напугав этим гвардейца. Ничего, пару часов потерпит как-нибудь, а потом Михаэль освободит его от принесенной при поступлении на службу клятвы. Что до желания, то это, пожалуй, единственное за всю жизнь сделанное им правильно. Нет, не ради прощения — прощения ему не требовалось, особенно после того, что он задумал сделать. Просто должно же было хотя бы раз и этой дурочке повезти, так почему не сейчас?
В этот раз она не услышала, но почувствовала, что Адам ее зовет, подорвалась на кровати и, оглядевшись, никого рядом с собой не увидела, даже сиделки-андроида не было. Отчего-то свет не стал ярче, хотя система наверняка считала пробуждение пациента. В первый раз тоже не прибавлялся, просто тогда Лилит не обратила на это внимания, напуганная слепыми глазами Адама, точно такими, как в ее видении, когда она в шутку пыталась представить его на озвученный Змеем возраст. Накаркала? И ведь он сказал, что все прекрасно видит… И сейчас куда-то ушел, что могло бы стать подтверждением его слов, только заставило волноваться сильнее, особенно после зова. Еще этот полумрак и мигающая красная лампа над дверью! Так и намекают, что случилось некоторое дерьмо.
«Голос разума» на такую жирную мысль никак не отреагировал, добавив беспокойства уже за собственные способности. Потеряла, когда душа в очередной раз разлетелась? Или их просто заблокировали, пока спала или еще раньше, рассказывая сказку, оказавшуюся вовсе не про яблоки? Здесь отвечать все равно некому, значит, стоит сходить расспросить или хотя бы оглядеться что да как. И раз предупреждения не последовало даже от провидения, Лилит поднялась и, поежившись, решила надеть обратно свою красную рубашку, лежавшую рядом на стуле. Порадовалась, что остальная одежда осталась на ней, а кроссовки — под кроватью, и спустя пять минут стояла в красном свете аварийных ламп коридора.
Что-то случилось. Что-то нехорошее, но Адам решил оставить ее одну в больничной палате…
«Ой, да там щит — даж мне не пробиться было!» — встрял «голос разума», всколыхнув секундную радость обретения, тут же сметенную новым выводом: оставил в защищенной палате, а сам ушел, чтобы потом бросить зов, возможно, прощальный.
— Я этому зеленоглазому все его золотые космы с корнем повыдираю! — пообещала Лилит, и на руках сверкнули антрацитовые коготочки.
«А может, переждем?» — попытался утихомирить «голос», но она уже скомандовала провидению:
— Веди меня к этим двум!
Что будет делать, когда придет, решила пока не думать, чтобы не дать страху пригвоздить себя к месту. К тому же в памяти оставались еще свежи воспоминания, как ей легко удалось расправиться со стражами, способными остановить самого Адама!
«Если он не приврал» — вновь вставил свои пять копеек «голос разума», только провидение уже выстроило маршрут, не предлагая, впрочем, телепортироваться, видимо, чтобы сэкономить магические силы. Ладно, пешком так пешком, заодно запомнит путь до лаборатории.